После прочтения данной статьи, которая, по-видимому, планировалась как рецензия на книгу «Писание и политика» («автор попросил написать рецензию»), я посчитал необходимым прокомментировать некоторые утверждения, сделанные Андрианом Дмитруком.
Если уважаемый Андриан говорит: «Но вот только книги так не пишутся», то это предполагает, что он неплохо ознакомлен с тем, как пишутся книги, и, естественно, как пишутся рецензии на книги. Лично мне, не потому что я люблю это делать, а скорее, в силу обстоятельств, пришлось написать около десятка рецензий на книги, что сформировало некоторую возможность суждения на эту тему.
В англоязычной академической среде принято писать рецензии как book reviews и book critiques. В принципе, оба подхода предполагают схожую методологию. По этой методике рецензии пишут как студенты колледжей и университетов, так и литературоведы-профессионалы. Рекомендую в качестве примера методологии два англоязычных ресурса:
http://www.indiana.edu/~wts/pamphlets/book_reviews.pdf
https://apps.carleton.edu/curricular/history/resources/study/criticalbookreview/
Исходя из классических правил, принятых в западном мире, мне очень сложно примирить то, что написано как рецензия, с тем, как это принято делать в научной среде. Естественно, Андриан Дмитрук имеет полное право на личную оценку книги, что и было, в общем-то, сделано, но претендовать на «рецензию» данный контент не может, так как «но вот рецензии так не пишутся».
«Книга заявлена как библейское исследование». Давайте кликнем на электронной картинке обложки, увеличим ее и прочитаем, что, собственно, заявляет автор. Мы читаем: «Публицистический сборник».
Стиль публицистического сборника предполагает, что редактор подбирает статьи на определенную тему. Я рекомендую просмотреть классические публицистические сборники, начиная с советских и заканчивая современными, чтобы понять, чем именно книга-исследование отличается от сборника. К сожалению, судя по словам уважаемого Дмитрука, он не очень знаком с этой разницей. Публицистический сборник, пусть даже сборник статей одного автора, предполагает представление текстов, освещающих одну тему. Одним из характерных моментов при этом является принципиальное отсутствие сюжетной линии, композиции, завязки, кульминации и развязки. Скорее, в публицистических сборниках статьи играют роль отдельных единиц, каждая из которых обладает перечисленными выше структурными характеристиками, но никак не книга в целом. Очевидно, незнание данной разницы было одной из основополагающих причин, вызвавших разочарование рецензента.
Кроме того, книга не заявлена как «библейское исследование».
Существует целый ряд подходов к теологии. Это может быть экзегетика, когда сильный упор делается на исследование конкретного текста, систематическое богословие, когда библейские тексты систематизируются и представляются по темам, библейская теология, когда библейский материал систематизируется с учетом исторического фона, и т. д.
Публицистический подход – это синтез реакции автора на события, происходящие в обществе, и его личного прочтения библейского текста.
В приватной переписке с автором я критиковал некоторые выкладки данной книги с позиции экзегезы. Но моя критика в данном случае серьезно лимитирована, так как я смотрю на экспозиторную функцию как превалирующую, в то время как Максим Балаклицкий, который заявил о том, что он журналист, а не богослов, смотрит на то, можем ли мы найти ответы на насущные вопросы в Библии. Эти нюансы были, к сожалению, проигнорированы автором рецензии, что привело к неосуществленным ожиданиям и его очевидному разочарованию. Но данное разочарование является следствием невнимательного ознакомления с заявленным методологическим подходом, который априори находился вне сферы теологии: как известно, журналистика имеет другие цели и методы.
Далее мы имеем интересное высказывание.
«А называть языческого царя Кира словом «политик» означает заставлять людей подозревать, что вам просто неизвестно значение этого термина». Насколько я понимаю, делая данное утверждение, рецензент предполагает, что слово «политик» использовано некорректно. «Кир был великим воином и государственным деятелем, не только отличался большим политическим умом и дипломатической дальновидностью, но пользовался удачей…», — говорит русскоязычная Википедия.
Более того, в англоязычной статье о Кире есть целый раздел Politics and management.
Корректно ли называть Кира политиком? Да. Менеджером, кстати, тоже. Корректно ли академически делать заявление, которое сделал рецензент? С научной точки зрения — нет. И приведенное обвинение автора книги в безграмотности, в данном случае, имеет ярко выраженные свойства бумеранга, так как, судя по тексту, рецензент не потратил время на исследование широкого значения слово «политика» и корректности использования оного в том или ином контексте.
«Когда автор попросил написать рецензию на нее и предоставил файл с книгой для ознакомления, то я по прочтении ее просто не мог понять, что же такого хорошего можно о ней сказать, чтобы при этом внутри себя не изолгаться». Скорее всего, данное утверждение показывает вторую серьезную проблему, с которой столкнулся рецензент. Как было сказано выше, во-первых, он ожидал библейское исследование, пропустив то, что книга представляла публицистический труд. Но, кроме того, рецензент изначально предполагал, что он обязан сказать что-то хорошее. Это еще раз показывает, что рецензент был в принципе незнаком с тем, как пишутся рецензии. Рецензия как раз предполагает объективный, насколько это возможно, анализ определенного труда и взвешенную критику. В нашем же случае, будучи разочарованным и считая, что его просят сказать теплые слова, тогда как была очевидная просьба о рецензии, Андриан Дмитрук столкнулся с сильным внутренним конфликтом, что вылилось в написание неструктурированного текста, наполненного стереотипными представлениями и эмоциями рассерженного обывателя, но никак не хладнокровными рассуждениями литературного критика.
В заключение я бы хотел обратить внимание еще на один момент.
Рецензент пишет: «В книге прослеживается одна довольно новая для адвентизма идея (впрочем сама по себе она не нова, с этим вопросом столкнулись еще во времена апостолов) о том, что якобы только в свете иудейской традиции можно правильно понять всё, что написано в книгах Нового завета».
Делая такое утверждение, Андриан Дмитрук, очевидно, не видит разницы между исследованием традиции и возвратом к практике иудаизма.
Если бы Новый завет можно было понять без иудейского контекста, то в Семинарии университете Эндрюса не было бы таких обязательных предметов, как «Иудейская жизнь и мысль», «Фон Нового завета» и т.п., где скрупулезно изучается бэкграунд, или же среда, в которой писались книги Нового завета. Важность знания иудейской традиции подчеркивают такие ученые, как Ричард Дэвидсон (кафердра Ветхого завета), Роберт Джонстон (кафедра Нового завета), Жак Дюкан (кафедра Ветхого завета) и т.д. Такой важный компонент, как исследование иудейской традиции, — это не изобретение мессиан, а здравый академический подход, находящий блестящее отражение в книгах многих исследователей, одним из которых является профессор Фергусон.
Что же касается праздников, то я полагаю, что это общеизвестно: Елена Уайт призывала праздновать Кущи. Здесь необходимо сделать четкое разграничение между «праздновать» и «соблюдать», но это — отдельная тема.
Вывод из вышесказанного. Андриан Дмитрук вместо запрошенной рецензии поделился эмоциональным мнением, которое было основано на непонимании стилистики книги, отсутствием опыта в написании рецензий и серьезными пробелами в знаниях, необходимых для выполнения данной задачи. Как результат, рецензии не получилось, но я полагаю, что читателя заинтересует, почему книга встречена как позитивными, так и негативными отзывами.
Павел говорит: «Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные» (1Кор. 11:19). Разномыслия, по Павлу, — это ереси в оригинале. Что ж, как Павел и пророчествовал, сегодня у нас есть разномыслия. Время купить книгу и продолжить обсуждение «дабы открылись между вами искусные».
Яков Чернин
Больше о книге «Писание и политика» здесь
Ответ Максима Балаклицкого на рецензию здесь
Не уверен, что рецензии принято комментировать, но шут с ним.
К сожалению, Максим, ваш комментарий вряд ли кому-то будет нужен.
Максим Балаклицкий попросил меня написать рецензию, я долго не хотел этого делать и сразу предупредил, что мой уровень подготовки недостаточен для написания рецензий и что я ничего ему не обещаю. Максим настоял. Причем настаивал довольно упорно.
Под конец даже поблагодарил меня за рецензию, которую я еще не написал.
После такого, как вы понимаете, уже просто нельзя было тянуть дальше.
И он получил то, о чем просил.
Ну а то, что она не по канонам написана.. зато от всего сердца. Да и кому какое дело, как она написана, верно? это же моя рецензия, не нравится – напишите свою, в полном соответствии с канонами.
Кроме того, я до последего надеялся, что он ее не опубликует после прочтения.. т.е. для себя выводы сделает, но публиковать не станет.
Но обернулось по-другому.
Вот и вся история.
Так что Ваш комментарий вряд ли будет кому-то полезным – ни мне, поскольку написание рецензий точно не мое хобби; ни Максиму Балаклицкому, поскольку ему вряд ли помогла моя рецензия, равно как и ваш комментарий на нее; ни Вам самим, потому получается, что вы зря старались.
Но за ваш вброс, конечно же, спасибо.
PS
Особенно вот эта часть мне понравилась –
“С сильным внутренним конфликтом”..да это просто находка! Стильно, стильно.
Настолько не стереотипный образ, что просто дух захватывает и слезу походу вышибает, как от перчичного газа.
Вы прямо как рядом сидели, такое впечатление.
Так и видится человек, страдающий от неразрешимого внутреннего противоречия, швыряющий чашки об стену и в конце концов, в порыве безысходности, хватающий клавиатуру и тарабанящий избитые стереотипы так, что клавиши начинают отлетать.
Как говорится, ни добавить, ни убавить. Вот что значит хладнокровный литературный критик!
Жаль, что Максим Балаклицкий оказался не таким фантазером, как вы, и воспринял все так, как и следовало бы любому нормальному человеку, т.е. всерьез.
За что ему в принципе почет и уважение – не побоялся выложить неблагоприятный отзыв.
Вот вы бы не выложили, и я бы наверное тоже.. (начать с того, что я не могу представить себя в роли писателя, но это другое).
А вот он не побоялся.
Так что еще пишите, рецензионный критик Максим Гордиенко, людям нужны нестереотипные образы.