Поэзия и проза Алены Гусевой

25-12-2015, 1 комментарий Просмотров: 641

image (2)ВЕРНИТЕСЬ, ЛЕБЕДИ!

По широкой пыльной дороге шёл человек. Шёл он размашисто и быстро. Весь его облик был в ожидании чего-то, хищный взгляд бороздил бескрайние просторы полей, простиравшиеся вдоль дороги. Он шёл, как ловец, выискивая добычу. И вот его взгляд остановился на появившейся точке вдали. Сконцентрировав внимание на этой чёрной точке, он пошёл к ней, чуя добычу. И он не ошибся, — через время чёрная точка превратилась в скучающего молодого человека, который медленно брёл, опустив голову. В задумчивости своей он не сразу заметил, что кто-то идёт рядом с ним. Подняв голову он увидел… Нет, нет, не коварного хищника, каким был наш охотник, а милого и душевного человека. Да, так он мгновенно преобразился, взгляд стал таким добродушным, каким он только смог сделать его, губы улыбались. Иногда только проскальзывала незаметная насмешка, но юноша её не замечал.

Что бродим, юноша? – вкрадчиво спросил этот незнакомец.

Молодой человек грустно вздохнул и сдавленно промолвил:

— Скучно! Надоело всё!

Охотник от этих слов подпрыгнул, глаза его расширились, губы растянулись в усмешку, но он взял себя в руки и, стараясь казаться равнодушным, похлопал юношу по плечу:

— Не унывай, дружок! Всё в мире приходящее и проходящее, и грусть твоя тоже! Будь моим спутником, со мной тебе скучно не будет. Ну, так давай знакомиться? Как тебя зовут, скучающий странник?

Охотник протянул юноше руку, тот незамедлительно взял её и уже веселее ответил:

— Ленёк я, так друзья меня называют. Лёня.

— Орех Орехович к Вашим услугам, милый человек! – представился охотник. Чуть помолчав, добавил, — Пенёк, значит?

— Не пенёк, а Ленёк! – обиделся юноша.

— Ну ладно, ладно, не кипятись! Давай гитару твою, я тебе кое-что покажу. А называть меня можешь просто Орех.

— Вот это имя у Вас, — удивился Ленёк.

— Да, попробуй-ка раскуси меня, — рассмеялся Орех.

Смех охотника был неприятный. Прозвище «пенёк» юноше не понравилось и он нахмурил брови.

Орех понял свою оплошность и примирительно сказал:

— Ладно, не сердись, давай на мировую.

В руках Ореха каким-то чудесным образом оказалась гитара юноши, и Орех заиграл. Что случилось дальше, расписать очень сложно. Орех мастерски перебирал струны, делал пасы руками, ногами. Потом они общались, и Лёня нашёл, что Орех очень интересный собеседник. Юноша на него уже смотрел восторженно и без недоверия. Он попался в крепкие сети, но этого пока не знал и не чувствовал.

А откуда и куда ты идёшь, Пенёк? – непринуждённо осведомился Орех у Лёни.

И что удивительно, прозвище юношу уже не задело, а он вдруг рассмеялся, — оно ему показалось смешным. И смешно даже стало за свою обиду на это прозвище. И, смеясь, он ответил:

— Да я от отца ушёл. И от учёбы скучной, от брата надоедливого.

— О, так ты ещё и колобок! От всех ушёл! – иронически заметил Орех. – И лиса тебе ещё не повстречалась? Не съела тебя, а, колобок? – хищно рассмеялся Орех, — ну уж от меня ты никуда не убежишь. – И в сторону добавил, — я тебя съем!

— Что ты сказал? — переспросил Лёня.

-Я сказал, что люблю таких скучающих и убегающих юношей, как ты!

И опять в сторону Орех проворчал:

— Так я тебе и открою мои намерения! Не тут-то было!

— Что ты опять говоришь тихо, Орех? – нахмурился снова юноша.

— Я говорю, что красота какая вокруг, как все пустынно и волнительно, — обманул юношу Орех, но эта красота его, конечно, не интересовала.

А поля, и вправду, могли бы взволновать каждого, если бы кто присмотрелся к ним. Лето заканчивалось, хлеб с полей был убран. И поля казались золотыми от выцветших желтых трав. И широта пустого пространства тоже бы трогала изнутри нас. Сердце юноши ещё было мягким и податливым, и он залюбовался этой красотой. Но Ореху это не понравилось, он решил отвлечь внимание юноши:

— Смотри, кто-то едет на телеге. Пойдём, догоним. Поживимся сейчас.

— Что «сейчас», Орех? – недослышал юноша.

— Поздороваемся сейчас. Тебя разве родители и в школе не учили здороваться со встречными? – поучительно спросил охотник юношу.

— Учили, заучили! Ещё и ты, Орех, будешь меня учить? – нахохлился юноша.

— Нет, нет, — замахал руками Орех. – И не думаю, побежали, догоним повозку.

Запыхавшись, они поравнялись с возчиком, который, уронив голову на грудь, сладко дремал. Красивая кобыла, чувствуя дремоту хозяина, шла еле-еле, останавливаясь на каждом шагу, обнюхивая и пробуя на вкус каждый пучок пожелтевшей травы. Из кармана дремавшего мужчины наполовину выпал большой пухлый кошелёк, сразу замеченный Орехом. Юноша же кошелёк не заметил.

— Здравствуйте! – сказал громко юноша.

Разбуженный возчик вздрогнул и сонными глазами уставился на путников. Придя в себя, он спросил:

— Куда путь держите, молодцы? Небось, в наши края решили завернуть? Садитесь, подвезу. В разговорах и дорога короче.

Юноша хотел запрыгнуть в повозку, но Орех незаметным движением руки остановил его.

— Спасибо, мы и пешком осилим расстояние, не привыкать нам.

Орех крепко взял Лёню за руку и силком потащил за собой. Юноша попробовал вырвать руку из цепких пальцев охотника и не смог. Тогда он смирился и почти побежал, еле поспевая за длинными быстрыми шагами Ореха. Через некоторое время Лёня обернулся назад и увидел вновь свисающую вниз голову мужчины.

— Орех, почему нельзя было проехать в повозке, я устал уже, — раздражённо спросил юноша.

Вместо ответа, Орех молниеносно схватил юношу за руку и перебросил через себя. Юноша оказался лежащим в пыли. Орех подбежал к нему, поднял, стряхнул пыль и спросил, улыбнувшись:

— Хочешь, научу тебя этому приёму?

Глаза юноши засияли, он тут же простил всё Ореху и радостно сказал:

— Хочу конечно! Какой ты сильный, Орех!

Орех усмехнулся и повёл юношу по дороге дальше. Пройдя с километр, они увидели приземистое заведение. На входе висела вывеска: «Подкрепись, дорога длинна».

— Как хочу есть! Весь день ни крошки во рту не было! И денег нет, — заскулил, юноша.

— Ну так, проходи, дружок, подкрепимся, дорога и в самом деле длинная, — ответил Орех, потирая руки.

— А у тебя есть деньги? – удивился юноша.

— Давай проходи, я угощаю!

Охотник и юноша спустились по ступенькам вниз. Внизу оказалось вполне обширное помещение со множеством столов. За прилавкам стоял добродушный розовощёкий пухлый хозяин. Он приветливо улыбался. Видно, редки здесь были посетители.

— Проходите, садитесь вот здесь, здесь стол чище. Что вам подать, господа? – засуетился хозяин.

«Господа» захотели столько разной еды, что хозяину пришлось бегать ещё больше, но он этому только радовался, как радовался и такому отличному аппетиту своих посетителей. Но вдруг одна мысль, как молния, вдруг озарила его: а будет ли оплачена вся эта еда, нет ли здесь обмана? Он остановился и посмотрел на охотника. Охотник поймал его испуганный взгляд и всё понял. Он достал кошелёк, а из кошелька дюжину крупных бумажек:

— Вот, возьми, это задаток тебе.

Хозяин смутился от того, что его мысли прочитали. Он медленно протянул руку за деньгами, но вдруг опять замер, он увидел знакомый кошель.

— Что я вижу, — кошель моего кума, как он оказался у вас? – удивлению хозяина не было конца, — Ведь такой же кошель связала Петру его жена.

Теперь пришёл черед смутиться Ореху, но он быстро преодолел это чувство и, улыбаясь как можно шире и беспечнее, ответил:

— Да, такой же, и что же? В мире часто бывают совпадения, Вам, любезный, надо бы это знать. Кошелёк принадлежит юноше, и это его кровные деньги.

На виду у хозяина Орех засунул кошелёк в карман Лёниной куртки, висевшей на стуле. Действия Ореха были такие непринуждённые, что хозяин поверил ему и рассмеялся:

— Да, вы правы! Столько совпадений случаются в иной день, просто диву даёшься. Вот и с этим кошельком. Даю голову на отсечение, что у Петра такой же кошель, такой же расцветки. Дайте я его рассмотрю и точно скажу вам. В кошельке Петра есть тайная пометка…

Хозяин попытался вынуть кошель из кармана куртки, но Орех его остудил:

— Нельзя рассматривать чужие вещи и интересоваться чужими кошельками.

— Да ладно, — махнул рукой хозяин. – Сегодня Петро зайдёт ко мне – он обещал после ярмарки, если удачно всё продаст, заехать ко мне. Вот я его удивлю, скажу, что не у него одного такой кошель есть. Оставайтесь, вот смеху будет!

Орех понял, что пора сматываться:

— О, я бы тоже так хотел посмотреть на кошель вашего кума, но, знаете ли, нам срочно надо ехать, нас тётушка больная ждёт.

Юноша, до этого поглощённый поеданием всего, что было на столе и не реагирующий на эпизод с кошельком, повернулся к Ореху и изумлённо спросил:

— Какая тётушка?

— Молчи, — шепнул ему на ухо Орех и громко добавил, – Давай, одевайся и идём.

— А как же это? – юноша показал на еду.

Орех вытащил откуда-то из под полы котомку и всё со скатерти стряхнул в нее.

— Тарелки! – закричал хозяин.

— Тебе за всё заплачено, давай на дорогу налей нам вина.

— Я не пью вина, — наотрез отказался юноша.

Но всё получилось по сценарию Ореха. Выпив вино, юноша разомлел и Ореху пришлось его поддерживать. Быстро идти юноша теперь не мог, Орех его тянул за собой, а юноша плёлся, как привязанный. Как Орех ни торопил юношу, далеко они уйти не успели, — их догоняла знакомая повозка. В повозке сидели двое, и вдвоём размахивались кнутами. Кобыла ржала, криком выражая свою боль, но старалась нестись изо всех сил.

— Вот и расплата, — хмуро сказал Орех.

— Что ты сказал? – переспросил юноша.

— Я сейчас приду, подожди, — и Орех, оставив его, побежал к кустам. Вернулся он только тогда, когда Петро с хозяином, а это, конечно же, были они, выхватив из кармана юноши улику грабежа, и убедившись, что денег в кошельке не осталось, связывали юношу, чтобы везти его в полицейский участок. Из носа юноши текла кровь. Он был напуган и крайне удивлён.

— Я не брал этого кошелька и не видел его, — оправдывался юноша.

— Куда дел деньги? Возвращай всё, иначе не поздоровится тебе.

Юношу теребили со всех сторон. Пришлось Ореху вмешаться.

— Какой позор! Вот так юноша, как ты мог? Не волнуйтесь, господа, всё уладим, всё вернём, я сам всё сделаю, езжайте, у вас только дел, незачем терять время даром. Езжайте, господа.

Силой, угрозами, уговорами Орех добился своего. Кобыла под гнётом сильной руки повернула назад и помчалась, не разбирая дороги, увозя в повозке безутешных кумов.

— Орех, зачем ты взял кошелек и подложил мне? Друзья так не делают. – горько сказал юноша.

— Я подложил? Это просто недоразумение. Ты пьян. Вместо того, чтобы поблагодарить меня за спасение, ты меня упрекаешь? – пристыдил Орех юношу.

— Прости, Орех, как я мог на тебя подумать!

— Ладно, прощаю, идём. Всегда положись на меня.

— Орех, а что за тётушка, к кому мы должны идти, я не понял, — сморщив лоб, припомнил вдруг юноша.

— Вот глупый юноша! – процедил недовольно Орех.

— Что ты сказал?

— Я сказал – бедный юноша, сколько тебе пришлось пережить! Но не бойся, я тебя всегда выручу, спасу, только не оставляй меня.

— Я теперь никуда не уйду от тебя, Орех, ведь ты меня спас.

Перед ними простиралась дорога, конца ей не было. Не было конца и разговорам юноши с новым его «другом». Через время вдоль этой дороги стало появляться больше деревьев и кустарников, от чего и прохлада стала ощущаться. А так как дело шло к вечеру, поднялся внезапно лёгкий ветерок. Листья на деревьях и кустарниках зашелестели. Птицы начали вечернюю «перекличку». Обсуждали перед сном свои птичьи дела. О ночлеге надо было думать и нашим путникам. Они это тоже понимали. Лёня тревожно спросил Ореха:

— Орех, а где мы ночевать будем?

— А где ты ночевал, как ушёл от отца? – ответил вопросом на вопрос Орех, и лицо его приняло обычное насмешливо-жесткое выражение.

— Я только этим утром ушёл, — чуть не плача, сказал Лёня.

— А ты утром думал, где ты будешь ночевать? – грубо продолжил его спутник.

— Нет, я об этом не подумал, — сдавленным голосом ответил юноша.

Орех, наслаждаясь смятением своего спутника, внезапно сменил гнев на милость:

— Правильно, не надо думать! Голова разболится от мыслей. Со мной не пропадёшь. Найдём ночлег.

Он похлопал остановившегося в растерянности Лёню по плечу и подтолкнул его вперёд. Лёня ничего не понимал – таким разным бывал его спутник. И так быстро менялись его тон и взгляд. Какое-то мгновение юношу озарила мысль уйти от него и вернуться назад в родной дом, но хищный взгляд Ореха замечал всё, он заметил и то, что юноша хочет уйти, но выпускать его из своих рук Орех не собирался, поэтому стал отвлекать и развлекать юношу разговорами. Так незаметно они подошли к какому-то селу. Солнце ещё не скрылось за домами, деревьями, но опускалось всё ниже и ниже. Был приятный тихий вечер, дневная суета отступила.

— Вот парадокс: кажется, что солнце скрывается за землю, а это ведь земля отворачивается от солнца, крутится вокруг своей оси, а утром опять к нему бежит, — стал философствовать Орех, — и мы также бежим от чего-то, бежим, а оно впереди нас опять оказывается.

— Какой ты умный, Орех, а ведь и точно так! – восхитился Лёня.

У развилки дорог они увидели указатель.

— Село Верное, — прочёл на нём юноша, — 100 метров.

Орех поморщился:

— Не нравится мне это название. Давай поэксперементируем.

Он поискал что-то на земле, нашёл ржавый гвоздь и этим гвоздем процарапал на указателе. Вскоре юноша смог ясно прочесть: «село Мерное, 1000 метров».

— Орех, как здорово ты придумал! – рассмеялся юноша, затея Ореха ему показалась чудесной, — поменял ты только одну букву и прибавил ноль, и как всё изменилось!

— Да, — удовлетворённо ответил Орех, — я люблю менять, убирать лишнее или переставлять что-нибудь, буквы, например. Мне, Пенёк, новшества очень нравятся. Вот ржавый старый гвоздь, всего-то гвоздь, — Орех поднял перед собой гвоздь и повертел его, — и он не случайно в этом месте оказался. Всё сейчас завертится и изменится всего из-за одной буквы. Идём, — резко добавил он, — нас ждут великие свершения, Пенёк!

Он рассмеялся своим странным хищным смехом. Лёня к этому смеху стал привыкать, он был очарован своим спутником, и всё стало казаться ему в новом свете. Смеясь и перебрасываясь короткими репликами, они подошли к пруду. В почти чёрной воде плавали белые лебеди. Юноша, увидев эту красоту, застыл в безмолвном восхищении. Но на Ореха лебеди не произвели никакого впечатления, он внимательно осматривался вокруг, увидел невдалеке маленький красивый деревянный домик. Домик стоял одиноко. Поблизости не видно было больше никаких строений. Село началось, а домов не было видно. Орех хмыкнул и перевёл взгляд на юношу, потом равнодушно на лебедей. Лебеди плавно плыли, делая круги на воде. Людей они не боялись и доверчивость выражалась во всем их облике.

Вдруг благоговейную тишину нарушило громкое карканье, и шумно появились вороны. Они кричали, громко хлопали крыльями. Этим чёрным птицам тишина не нравилась. Увидев лебедей, вороны стали нападать на них. Лебеди отчаянно защищались, взмахивая крыльями. Они сердито шипели и выгибали свои прекрасные длинные шеи. Но ворон было очень много, и лебеди обессилили.

— Чудесно! Чудесно! Прекрасное представление! – развеселился Орех.

Из домика выбежал человек. В руке его была длинная палка. Он размахивал ею на ходу и кричал что-то устрашающее. Наверное, вороны уже знали, что от этого, бегущего на помощь лебедям, человека не ждать ничего хорошего. Стая ворон недовольно каркая, скрылась с глаз и исчезла на горизонте. Тишина вернулась, но опять была нарушена, на этот раз грозным тоном Ореха:

— Ты кто? Зачем помешал концерту?

— Я разгонитель ворон. Это одна из самых почётных должностей в нашем селе. А вы пришельцы, раз этого не знаете, — обиженно и кротко ответил человечек. Посмотрев на успокоившихся лебедей и вздохнув, он добавил, — мы стоим на страже верности. Белые лебеди – это символ верности и любви. А белый цвет – символ чистоты.

— А чёрный цвет – цвет торжественности, а лебеди жестокие, — насмешливо перебил его Орех.

— Это неправда! – возмутился разгонитель ворон, — лебеди кроткие и мирные создания!

— Когда они охранют свою территорию, свои гнёзда, то бывают жестокими и могут заклевать до смерти.

— У нас такого никогда не было! И не будет, продолжал защищать лебедей разгонитель ворон.

— Да, не будет, потому что их всех разгоню, — пробормотал Орех.

— Что вы сказали? – спросил разгонитель ворон.

— Я спрашиваю, как зовут тебя? Должность твою знаем, а как величать будем?

— Степан я, представился разгонитель ворон.

— А, Пан, очень приятно, а меня зовут Орех Орехович, но можно просто Орех, а этого молодого человека, который так восхищался чудесными воронами, пока вы их не разогнали…

— Я лебедями восхищался, — перебил Ореха Лёня.

Он хотел ещё что-то сказать, но теперь его осадил Орех только одним своим взглядом. Юноша осёкся и замолчал.

— А этого молодого человека зовут…

— Пенёк меня зовут, — опять перебил старшего своего спутника Лёня и вызывающе посмотрел на него.

Ореху это понравилось, он рассмеялся своим обычным смехом, от чего вздогнул Степан.

— Похвально, вы делаете успехи, молодой человек! – а повернувшись к ничего не понимающему Степану, продолжил, — вот и познакомились, Пан!

— Но, сударь, Вы не поняли, я – Степан. А паном никогда не был и не буду, растерянно ответил разгонитель ворон.

— А давайте спросим у эха, как Вас зовут, — оно не обманет.

И Орех, приставив две ладони ко рту, громко прокричал несколько раз:

— Степан? Степан!

В ответ все услышали отдалённый гул:

Пан? Пан!

Эхо, как оно всегда делает, «съело» первый слог имени.

— Слышали? Пан! – довольно воскликнул Орех.

Лёня рассмеялся, а Степан молчал, подавленный грубым напором Ореха. Он так был потрясён, что не мог ничего сказать.

— Вот и хорошо, молчание – знак согласия – сказал Орех.

Он прекрасно понимал состояние Степана, но делал вид, что ничего не понимает.

— Что Вы там говорили, что вы разгонитель лебедей? – продолжил он.

Такой лжи Степен выдержать не смог, он стал горячо защищать свою должность:

— Я – разгонитель ворон! Так официально называется моя должность. И страж верности. Эту должность все бы хотели иметь в селе, но я её никому не отдам! Кто владеет этой должностью, тому полагается этот домик, в нём я и живу. Наше село Верное – единственное в округе, где обитают лебеди. И мы делаем всё, чтобы они размножались и никогда не покидали нас!

Лёня посмотрел на Ореха и увидел, что тому пришла в голову какая-то затея, — так сверкнули его глаза и на лице появилась усмешка. И Лёня не ошибся.

— Разве Ваше село называется Верное? – прикинувшись незнающим, осведомился Орех у Степана.

— А как же! Конечно, Верное, это у нас все с пелёнок знают и ценят.

— А я утверждаю, что село Ваше называется совсем по-другому, оно называется село Мерное, и у Вас на всё своя мерка. В жизни надо всё узнать и попробовать.

Лёня прыснул со смеху, вспомнив, как Орех поменял одну букву в названии села.

— А давайте поспорим! – прямо смотря на Степана, сказал Орех, — Идёмте посмотрим на указателе, как называется Ваше село. Если – Верное, то Вы выиграли и можете нам приказывать, что хотите, а если на указателе мы увидим, что село называется Мерное, то…, — Орех сделал многозначительную паузу, посмотрел на домик, на лебедей и, повернувшись к Степану, который стоял, не чувствуя опасности и подвоха, закончил фразу, — то Вы отдаёте мне свою должность и свой домик. И называться будете Паном, как это эхо нам сказало.

Степан, не задумываясь, согласился, он не мог даже себе представить, что его родное село называется как-то иначе. Сколько раз в день он проходил мимо этого указателя и видел всегда одно и то же: село Верное, 100 метров. И незадолго до нежданных гостей он прошёл мимо указателя, возвращаясь с воскресной ярмарки из соседнего села. Втроём они подошли к указателю.

— Не может быть! – убито произнёс Степан. Он достал очки и ещё раз основательно осмотрел указатель. Рассмотрел его и с другой стороны, не веря своим глазам. Он понял, что потерял всё – должность, имя, жильё. Жизнь для него потеряла смысл.

Орех не сводил с него хищных глаз, он настороженно ждал, обнаружит ли Степан обман. Ржавый гвоздь – вестник обмана – валялся рядом с указателем. Орех незаметно вдавил каблуком его в землю. Но Степан ничего не заметил, ни гвоздя, ни того, что первая буква названия села выцарапана. И объявшая стоявших у указателя темнота стала пособником злого дела.

Орех протянул к Степану руку и твёрдо и жестко сказал:

— Пан, ключи!

Степан медленно дрожащей рукой отдал ключи и побрел, сам не понимая, куда и в какую сторону идёт. Куда теперь ему идти, он не знал. По щекам шли слёзы, но он их не замечал, как не замечал и дороги, по которой шёл.

Лёня спросил:

— Куда же он теперь? Пусть бы переночевал в домике. Или вместе бы жить.

Орех назидательно ответил:

— Пенёк! Жизнь очень сложна и изменчива. Всякое со всяким может случиться. Идём смотреть наш дом. Жильё нам обеспечено.

Орех уводил сильной жилистой рукой пребывающего в сомнениях юношу, и тот покорился влиятельной силе. Эх, юноша, юноша! Чем дальше он уходил от отца, чем больше сближался с Орехом, тем грубее и безжалостным он становился. Если показывались из глубин его сердца остатки добрых качеств, Орех сразу заглушал их.

Было совсем темно, когда они подошли к дому. Орех зажёг спичку. Найдя в домике кровать и кушетку, уставшие путники сразу легли, не раздеваясь, и через минуту крепкий сон сморил их. Проснулись они ранним утром. Их разбудил крик:

— Степан! Просыпайся! Идём на рыбалку!

Орех и Лёня, резко разбуженные, не сразу вспомнили, где они. Они оглядывались и знакомились с обстановкой.

— Как хорошо здесь, уютно, — сказал Лёня

— Да, нормально, но придётся вставать, чтобы угомонить этого чудака, пришедшего ни свет, ни заря.

Стук в дверь и крик усилились. Орех распахнул дверь и увидел рыбака. Он стоял с удочкой, которая была выше его в два раза. Увидев Ореха и Лёню вместо Степана, он очень удивился.

— А где Степан?

— А ты кто? – не ответил на вопрос Орех.

— Я Игорь – друг Степана.

— А, Угорь! – Орех, как всегда, поменял букву в имени.

— Какой Угорь? Я Игорь! – вспылил рыбак.

— Я спрашиваю – тебя в пруду угорь интересует? Ты угрей ловить будешь? – видя рассерженный вид гостя, Орех сменил тему разговора. Но что Игорь теперь станет Угрём, это Лёне стало совершенно ясно.

— Не-а, у нас угрей здесь не водится, — смягчился рыбак.

— Теперь будут водиться, — в сторону сказал Орех.

— Что Вы сказали?

— Я сказал, что на рыбалку вместо Пана пойдём мы, вот, знакомься – Пенёк, — Орех вытолкнул вперёд Лёню, — а я – Орех Орехович, но можно просто Орех, — продолжал он. – Пенёк, иди, поищи удочки у Пана, пойдём на рыбалку.

Игорь, конечно, ничего не понял, а вокруг него всё закрутилось. Удочки и даже превосходные, нашлись, червяков накопали, нашли и еду для себя. И, взяв под руки с двух сторон Игоря, отправились на пруд. Возвращались же с большим уловом и закадычными друзьями. Игорь, теперь уже Угорь, смеялся. О Степане он «забыл».

На следующий день с утра на пруд налетели вороны. Услышав крик, Лёня выбежал с должностной палкой, которой когда-то разгонял ворон Степан. Он бежал и кричал. Следом выбежал Орех, он бежал за Лёней и тоже кричал. Вороны, увидев знакомую палку, улетели, выразительно прокаркав на прощание. Лёня, довольный, остановился. Лебеди благодарно закивали шеями и закружились в танце. Юноша повернулся к Ореху, предвкушая похвалу, но увидел злое лицо своего «друга».

— Ты что наделал? Зачем прогнал ворон?

— Как зачем? Испробовал нашу новую должность разгонителей ворон, — торжественно проговорил Лёня, но подумал про себя, — наверное, он сам хотел первый испробовать, хорошо, что я первый успел.

— Запомни, Пенёк, эту должность выиграл я, и принадлежит она мне, а не нам. И домик тоже мой, а не наш. И делать всё буду я, а тебе остаётся только подчиняться мне. Тебе понятно?

Лёня всё понял, он понял также, что подчиняться ему придётся теперь всегда, другого выхода у него не было. Но выход был! Самый правильный и единственный выход – вернуться к отцу. Но об этом юноша не хотел даже думать и он согласно кивнул Ореху, покоряясь ему. Инцидент был исчерпан. Они вернулись в домик. Орех стал обдумывать дальнейший план своих действий, а Лёню заставил готовить завтрак и наводить порядок в доме. Пока Лёня суетился, бегал с веником и тряпкой, «хозяин» лежал на кровати и думал. Его думы отражались и на лице. Думы были недобрыми и по лицу гуляла недобрая усмешка. Лёня подмёл и помыл пол в комнате и стал жарить картошку.

— Бедный Орех, — думал при этом он, — ему приходится думать за обоих: и за меня, и за себя, такой он умный.

Когда картошка была готова, был готов и план у Ореха. Гнев его прошёл и на юношу он уже не сердился.

— Ну как, вкусно? – заискивающе посмотрел Лёня на Ореха, когда они сели есть. Орех жевал картошку, и на лице его ничего нельзя было прочесть – понравилось ему или нет. Лёня успокоился и тоже взял ложку, но вдруг хозяин спокойно, но ядовито сказал:

— Хорошая картошечка! Сыренькая! Не хотела она, наверное, жариться или ты, Пенёк, мало старания приложил, чтобы больше дров в печку подкинуть?

Лёня сжался и внутри весь похолодел. Но на этот раз обошлось. Орех, видя, что переборщил со строгостью, мягче спросил:

— Что же ты рыбки вчерашней не пожарил?

Лёня сразу расслабился и хлопнул себя по лбу:

— Забыл!

— Ничего, сварим сейчас уху! А ты учись, поварёнок!

Уха получилась вкусной и наваристой. После завтрака Орех пошёл на пруд реализовывать свой план. Должностную палку он не взял, но взял с собой Лёню и остатки еды, полусырую картошку и оставшуюся уху.

— Наверное, лебедям несёт, — подумал Лёня, — хорошая идея, подкармливать лебедей, может, они не улетят на зиму?

Но еда была предназначена не им. Орех сел у пруда и чего-то ждал. Лебеди подплывали к ним, но Орех их прогонял. Лёня терялся в догадках: зачем он их прогоняет? Почему не бросает еду? Сидели он долго и молча, может около часа, когда послышалось отдалённое карканье. Оказалось, это то, что ждал Орех. Он сразу вскочил и разложил на земле пищу. Вороны почувствовали запах рыбы и стали кружить над едой. Орех взял Лёню за руку и отвёл в сторону. Одна из ворон отважилась и быстро спустилась на землю, взяла кусок рыбы и отскочила подальше от людей. Потом ещё одна ворона подхватила на лету кусок картошки. Тогда вся стая спустилась и набросилась на поданное им угощение. Они кричали, вырывали друг у друга куски побольше, дрались. В жарких схватках летели перья. Лёню это зрелище потрясло. Ему было неприятно. Он посмотрел на Ореха и хотел ему сказать об этом, но увидел, что тот с удовольствием смотрит на ворон и ему явно это нравится. Лёня прикусил губу и подавил в себе стон. В его голове мелькнула страшная догадка, что Орех хочет разогнать лебедей. Да, он был прав – в этом и заключался план грозного хозяина Лёни. Хозяин, насладившись «вороньим побоищем», сжалился над Лёней, видя его жалкий вид и сказал:

— На сегодня хватит, идём домой.

Вечером весь свой план Орех раскрыл перед Лёней:

— Наша должность «разгонителей лебедей» обязывает нас, молодой человек, делать всё возможное, чтобы эти птицы больше сюда не прилетали.

Глаза Лёни сделались большими-большими. И от страха от услышанного, и от удивления одновременно. «Почему Орех не любит лебедей? — спрашивал в душе себя Лёня, — Как можно не любить этих красивых птиц? Всё он любит перевёртывать, искажать. Белый цвет он ненавидит и любит чёрный.» Но вслух он этого не сказал, побоялся перечить. Орех, сделав паузу, продолжал:

— А чтобы лебеди не прилетали и не досаждали воронам, надо будет рыть каналы, чтобы осушить пруд.

Этого Лён стерпеть уже не мог:

— Как это осушить пруд? Зачем? А Рыба? Куда девать рыбу в пруду?

— А рыбу есть! Сушить и есть! – засмеялся Орех.

— Я не буду рыть рвы, — твёрдо сказал Лёня.

— Не будешь? Тогда я тебя увольняю за невыполнение своих обязанностей. Можешь идти, ты свободен.

Орех распахнул дверь и встал рядом, скрестив руки на груди. Лёня моментально всё понял. Он понял, что попал в цепкие руки, из которых ему уже не выбраться. Идти ему было некуда. Он опустил голову и молчал. Орех закрыл дверь и невозмутимо продолжал:

— Копать нам придётся день и ночь. И привлекать всё село, чтобы успеть осушить пруд до первого снега.

Лёня не поднимал головы.

— Ты меня слышишь вообще? – осведомился у Лёни Орех и усмехнулся.

Лёня еле заметно кивнул.

— Тогда ложимся спать, а утром рано начнём копать.

Полночи Лёня вертелся на койке, думал и переживал за лебедей, но потом незаметно уснул. Во сне ему снились прекрасные лебеди, они плыли к нему, изгибая красивые шеи, но вдруг силуэт Ореха закрыл собой лебедей. Лёня проснулся. Его тряс за плечи хозяин.

— Вставай, соня, работа ждёт.

Приходя в себя после сна, Лёня всё вспомнил. На сердце стало тяжело. Его не порадовал даже вкусный завтрак, приготовленный Орехом. Остатки завтрака положили в пакет. Лёня теперь знал – еда воронам. Скрепя зубы он шёл рядом с напарником, не вникая в то, что он говорил. Спутник же его был в отличном расположении духа, он шёл легко и весело, не умолкая ни на минуту:

— Ты знаешь, что вороны очень умные птички. Чёрный цвет – это цвет элегантности и торжественности. Какое это зрелище, когда они кружатся и играют в воздухе! А как смешно они дерутся за кусок хлеба!

Лёне надоело слушать про ворон и он отключил свой мозг от слушания этих абсурдных речей. Придя на место, он молча начал копать, ничего не замечая вокруг. Не замечая того, что наступил час обеда и что он копает один, а напарник его сидит и беседует с пришедшим из села человеком. Копать было трудно, но юноша об этом не думал. Вернули его к действительности вороны своим противным карканьем. Они кружились над Орехом и вырывали из его рук лакомства. Рядом с ним сидел растерянный человек, было видно, что он получил порцию наставлений от Ореха и ничего не понимал в происходящем. Орех позвал Лёню и представил его сельчанину:

— Вот мой напарник Пенёк.

— Пенёк? Такого имени я никогда не слышал.

— А это – Боля, усмехнулся Орех, показывая на незнакомца.

Но тот запротестовал:

— Я не Боля, а Боля!

И стало ясно, что Боря не выговаривает букву «р». Лёня не удержался и рассмеялся. Сельчанин обиделся.

— Надо мной никто никогда не смеялся!

— Да мы не смеёмся, это Лёня вдруг вспомнил что-то смешное, а может, его эти чудные вороны развеселили, — Орех стал любезен и учтив. Он мог быть таким, когда надо, — Боля тоже будет помогать нам копать рвы. Ему очень понравились эти дружелюбные вороны.

Боря стоял и хлопал ресницами. Орех дал ему свою лопату, и тот безропотно стал копать.

Дальше события развивались быстро. Орех завязывал дружбу со всеми в селе. Только раз войдя в любой дом, он выходил оттуда самым лучшим другом семьи. Завораживать, уговаривать, завлекать он умел. Весело и непринуждённо он влюблял в себя всех. Вскоре рвы копали все сельчане, кроме, конечно, самого Ореха, который только указывал и убеждал, убеждал и указывал. К зиме его план был выполнен: пруд осушили, лебедей разогнали. Сделали кормушки для ворон. Постепенно весь народ стал забывать лебедей и привыкал к воронам. Орех устраивал каждый вечер представления с ними, и настал день, когда все стали восхищаться воронами:

— Ах, какие милые птички эти вороны!

— Милые проказники!

— А как они восхитительно каркают, просто заслушаешься!

Красоту лебедей никто не вспоминал, вороны затмили их. Орех был доволен. Он стал самым главным и уважаемым человеком в селе.

Прошла зима. Весна медленно проходила по снежным полям, превращая снег в ручьи. Поля орошались талой водой. Приближался день встречи лебедей, когда, по традиции в селе устраивали большой праздник. Но теперь их никто не ждал. Один Орех строго следил за их прилётом. Как только они появлялись на привычном месте, он их быстро разгонял, боясь, чтобы их не увидели сельчане и не любовались их красотой. Лебеди и сами улетали, не найдя пруда. Как-то случилось, что Орех сбил молодого лебедя, летящего низко. Этот лебедь, немного отлежавшись, уполз к камышам. Улететь он уже не смог. Орех его искал, но не нашёл, а вскоре и забыл про него.

Весна проходила, а сев всё откладывался.

— Орех, когда сеять будем? Лето скоро наступит, — спрашивал обеспокоенно Лёня.

— Успеем! Не отвлекай меня, я новый номер придумал, идём, покажу, ты в восторге будешь!

И целыми днями они занимались воронами. На ворон приходило поглазеть и всё село. Когда спохватились, было уже поздно. В одну осеннюю ночь выпал снег. Лёня встал, как обычно, рано, взглянул в окно, а улица белым покрывалом укрыта.

— Снег! — радостно воскликнул он, — Орех, пойдём на лыжах кататься!

Но жгучая мысль пришла и сдавила сердце.

— Урожай погиб! – Простонал Лёня.

Он выбежал из дома в пижаме и босиком. Не чувствуя холода, мальчик бежал к полю, разгребал снег, осматривал помидоры, огурцы, капусту. Шаг за шагом он осмотрел все овощи. Убедившись, что всё замёрзло, не успев созреть, Лёня бросился в снег и стал плакать. В это время Орех тепло одевался, чтобы бежать и спасать своих любимцев ворон. По пути к бывшему пруду он увидел лежащего в снегу Лёню. Но не остановился, вороны были важнее для него. Вороны сидели на ветвях деревьев, нахохлившиеся. Увидев бежавшего к ним Ореха, они все, как один, закаркали, замахали крыльями. Загудели, затрещали, запрыгали по веткам.

— Ах, милые мои пташечки! Не сковал вас мороз? Не замерзли вы? – голос Ореха был удивительно нежен. С Лёней он так никогда не разговаривал.

А вороны каркали, каркали, жаловались на своём вороньем языке. Орех разбросал по снегу еду, которую принёс с собой. И вороны слетелись на угощение.

— Ах, миленькие мои! Не переживайте, перезимуем!

— Кар- р-р-р! Кар-р-р-р! – раздалось в ответ хозяину.

А хозяин поёжился, запахнул посильнее пальто. И вспомнил про Лёню.

— Ах, — сердито сказал он вслух, — что он лежит-то там? Заболеть хочет? А потом ухаживать за ним. Надо бежать быстрее, поднимать его. Пенёк и есть Пенёк! Ничего не соображает.

Орех побежал изо всех сил, насколько позволял ему глубокий снег. Издалека появилось много силуэтов. Это бежал народ из села. Все бежали к своим полям. Орех предвидел, что будет дальше, и он поторопился. Его мозг на полной мощности обдумывал ситуацию. «Что делать? Что делать? Какую придумать ещё ложь во спасение?» Его мозг лихорадочно думал, и решение пришло только одно – сваливать всё на Лёню. Возбуждение проходило, ледяной взгляд возвращался на лицо Ореха. И появилась обычная усмешка на тонких губах. К Лёне подбежал он спокойным и невозмутимым. Мальчик лежал в снегу без сознания. Орех понёс его на руках в дом. Положил на кровать, укрыл одеялом и стал растирать руки, ноги, щеки, уши. Сознание к Лёне возвращалось и с сознанием возвращалась и горечь в сердце. А дом наполнился разъярёнными сельчанами. Все кричали, ругались, размахивали руками.

— Орех, ты виноват!

— Пропал урожай!

— Всё пропало!

— Всё замёрзло!

— Что будем есть зимой?

— Ты, ты виноват, Орех!

— Я виноват? – вдруг жёстко закричал Орех, перекрикивая всех, — Разве я вам не говорил, чтобы вы вовремя начинали сев?

— Это я говорил, — слабым голосом промолвил Лёня.

Но его никто не услышал, зато услышали Ореха и замолчали разом. Наступила временная тишина. Сельчане вспоминали, когда Орех говорил им об этом. Орех не давал им опомниться и продолжал свои обвинения:

— Это Пень виноват. Из-за него все дела стояли! Он постоянно просил новых представлений. И вы сами, вместо того, чтобы заниматься делом, отвлекали меня и заставляли показывать новые и новые зрелища. А Пенёк, вспомните, по утрам звал к себе.

— Да, точно, Пенёк, — он постоянно плибегал в село и плиглашал на пледставление, — прокартавил Боря.

— Да, он, Пенёк!

— Каждый день приходил и звал смотреть ворон!

— Он виноват! Говорил: «не сейте, рано ещё».

— А мне говорил: «успеешь посеять, поздняя осень будет, не торопись!

— И воронами отвлекал!

От возбуждённых людей исходила явная ложь. Кричать стали все и невозможно стало разобрать слов. Лёня закрыл глаза, на него нахлынули воспоминания:

— Орех, давай посеем сегодня, хотя бы морковь или лук.

— Слушай внимательно, Пенёк! Самое важное – это вороны. Приручим ворон, приручим сельчан, будут деньги. Когда сельчане привыкнут к воронам, представления сделаем платными. Ладно не смотри так убито на меня – иди, зови всех сельчан, я покажу им чудесный новый номер, а потом сеять будем. Чем раньше всех позовёшь, тем раньше закончится представление, и начнём сеять.

И Лёня бежал! Звал пораньше всех, чтобы успеть посеять. Представление продолжалось до вечера. Только увидев смешных ворон, которые кланялись, танцевали, ругались совсем как люди, сельчане не могли отойти, и Орех держал их в напряжении, шутил, расхваливал и ворон, и сельчан. Постоянное карканье наркотически действовало на мозг, отключая его. Расходились в темноте. А рано утром вновь одураченный Лёня вновь стучался в каждые ворота. Поэтому посеяли совсем поздно, а осень наступила ранняя.

— Вот почему Орех не ходил в село сам, а посылал меня. Так жестоко он обманывал. И теперь он всё сваливает на меня.

Из глаз Лёни потекли слёзы, он не заметил, что свои мысли говорил вслух своим слабым голосом.

— Смотрите, он плачет и говорит что-то! Давайте послушаем. Тихо! Тихо!

Голоса стихли, но послушать Лёню не дал Орех:

— Пенёк раскаивается. Он плачет, потому что ему стыдно. И он просит прощения, что так поступил с вами.

Орех потряс Лёню, чтобы заставить его замолчать, но почувствовал жар. Лёня горел и бредил:

— Зачем, зачем ты так сделал, Орех? Зачем подставил меня? Зачем, Орех?

Тотчас из комнаты были выгнаны все, кроме доктора Тихона, окрещённого Орехом в Тихо-Лихо или просто Лихо. В больницу Лёню Орех отвезти наотрез отказался, — боялся разоблачения. Лёня в бреду мог всё рассказать. И про лебедей напомнить. И доктор к Лёне допускался только под строгим присмотром Ореха. Как оказалось, Лёня заболел воспалением лёгких. Сильно и надолго. Выздоравливал медленно. Прошла осень, прошёл декабрь, а Лёня ещё был в постели. Он ослабел и от болезни, и от голода. В селе все ели, кто что мог достать. По воскресеньям ездили на ярмарку в соседнее богатое село, где и обменивали на еду всё, что можно было найти в доме и обменять.

Лёню проведывать никто не приходил. На него явно не нападали словесно, уважая Ореха, но судачили о нём все, кому не лень.

— Вот какой Пенёк оказался-то!

— А с виду простодушный-то вроде.

— Да, хитёр, хитёр!

— Как же мы все на удочку его попались? А Пана помните? Как он его обманул!

— А где Пан? Не видел его кто? Пропал совсем.

— Да, пропал. Пень виноват во всём!

— Да, Пень! И угрюмый он всегда ходит, не то дело Орех! И весёлый, и обходительный.

— А умный какой! Интереснейший человек!

— И зачем он с этим Пеньком связался?

А проходя мимо, все указывали на окошко, у которого стояла кровать Лёни и дразнили его. Лёня всё это слышал и становился всё угрюмее. Ему постоянно хотелось есть. Орех голода не испытывал. К представлению ворон сельчане привыкли и без этих зрелищ жить уже не могли. Часто, вместо хлеба насущного они тратили последние копейки на то, чтобы посмотреть ворон, на их драки и кувыркания. Ради того, чтобы Орех разрешил им погладить ворону или поиграть с ней, перебрасывая её с руки на руку, они готовы были раскошеляться дополнительно. Плату Орех постепенно поднимал. Собранных денег хватало на еду воронам, себе и чуть-чуть оставалось Лёне. Должность разгонитель лебедей Орех вновь поменял на дрессировщика ворон. И должностную палку разломал и сжёг, чтобы ничего про лебедей не напоминало. Территорию, где проживали вороны, дрессировщик ворон оградил забором, а для птиц построил большой навес. Метод Ореха был такой: применять надо кнут и пряник. Первый раз Лёня узнал про этот метод еще в самом начале их прихода в село. Они встретили двух дерущихся ребятишек. Орех взял валявшуюся неподалёку палку и палкой, больно ударяя по ногам, развёл драчунов. Дети стали плакать. Орех, прочитав в строгом тоне наставления, дал детям по прянику. Дети довольные убежали.

— Вот так, Пенёк, надо поступать со всеми – кнутом и пряником. Это самый верный и надёжный способ! – назидательно учил Орех Лёню.

И с Лёней обращался также. Сначала кнутом, чтобы добиться своего, потом, чтобы успокоить и смягчить, пряником. Также дрессировал и ворон. Кнутом и пряником добивался своего в селе.

А Лёня во время болезни много думал. Он закрывал глаза, чтобы Орех ему не мешал, думая, что Лёня спит. Лёня вспоминал отца. Пытался вспомнить его лицо и не смог. Вспоминал брата. Вспоминал, как хорошо было дома. За время испытаний юноша повзрослел и возмужал. Его побег от отца теперь казался ему глупостью. Он думал, как уйти от Ореха и куда уйти? Домой и только домой. Но он был ещё слаб и немощен. Однако, в какой-то момент решился и вечером, накануне ярмарки сказал Ореху:

— Орех, я от тебя уйду!

Орех в это время мастерил очередные качели и площадки для ворон, услышав Лёнино заявление, он с удивлением посмотрел на Лёню и усмехнулся:

— А куда ты уйдёшь? Мы с тобой теперь крепко связаны, Пенёк! От меня теперь не уйдёшь.

— Отвяжись от меня, Орех, и не называй меня больше Пенёк. Я – Лёня.

А кто тебя знает, что ты Лёня? – разгорячился Орех, — Вот у любого спроси, скажут, «а, это Пенёк, Пень».

Но в глазах юноши Орех увидел решимость и спрятал «кнут», достав «пряник». Тон его поменялся, выражение лица изменилось:

— Слушай, давай я тебя завтра на ярмарку возьму? На санях поедем, укутаю тебя шубой, не замёрзнешь. Куплю леденец тебе там. Знаешь, как там хорошо. Веселье, карусели, качели.

На ярмарку Лёню Орех никогда не брал и Лёня заинтересовался. Орех увидел этот интерес и стал расхваливать ещё пуще. «Пряник» подействовал. Утром было, как и предсказал Орех, весело, замечательно и глаза разбегались от обилия товаров. Орех, как и обещал, купил Лёне леденец, но только самый дешёвый. Он оставил уставшего Лёню в сторонке, а сам убежал рассматривать товары. Лёня сидел в санях, ел леденец и с восторгом смотрел на яркие и пёстрые торговые ряды. Вдруг перед ним возникла улыбающаяся девушка.

— Привет! Ты кто? Я первый раз тебя вижу на ярмарке. Почему ты сидишь? Не можешь ходить?

Лёня засмущался и опустил голову.

— Ой, прости. Я тебя обидела? – девушка стала серьёзной и внимательной.

— Я воспалением лёгких болел. Слаб ещё ходить.

— Понятно, прости. А меня Вера зовут. Я здесь в этом селе живу. Здесь есть торговец, который не сидит на месте, а ходит по селу со своим товаром. Хочешь, позову его?

— Нет, не надо, — испуганно ответил Лёня.

Но девушка не отставала:

— Наверное, у тебя нет денег? Но у того торговца есть бесплатные товары. Залежавшиеся и которые никто не берёт. А ты возьми, они хорошие. Я всегда беру у него.

И, не подождав ответа, девушка побежала за торговцем. Вернулись они вдвоём. Через плечо торговца был перекинут ремень лотка, а на лотке лежали всякие мелкие товары. Лёня мельком осмотрел товар. Там лежали зеркала, пряники, витамины, колечки, ленточки.

— Всё для девчонок, — подумал Лёня.

— Нет не всё для девочек, вот зеркало, оно для всех, — заулыбался торговец.

Лёня с ужасом посмотрел на него, это было невероятным – торговец прочитал его мысли. Но улыбка торговца была приятной и милой, и Лёня успокоился.

— А почему у вас нет кнута, а только пряники, — спросил Лёня, — наверное, разобрали?

— Нет, кнутов я не продаю, и пряники эти особые, они не приторные и всегда в наличии свежие. На, попробуй, — торговец протянул Лёне пряник.

Лёня хотел его взять, но на него налетел Орех:

— Зачем берёшь? Кто платить будет? Я?

— Пряник бесплатно, — улыбаясь, сказал торговец.

— Задаром не надо, деньги имеем.

Орех замахнулся кнутом на лошадь, и она понеслась. Вера и торговец растерянные остались позади. Орех долго молчал, отвернувшись от Лёни, уже при въезде в своё село повернулся к нему и сказал:

— Держись от этого торговца подальше и ничего не бери у него и ни у кого, что надо, спроси у меня, я тебе дам.

— Орех, я вот подумал…

— Зачем ты думал? – перебил его Орех, — Не нужно этого делать. Думать за тебя буду я, а ты делай. Я говорю, а ты делай. На меня можешь положиться, вспомни, сколько раз я тебя уже выручал.

— Орех, ты меня сначала толкаешь на что-то, а потом выручаешь. А кошелёк Петро помнишь? Это ты украл у него кошелёк, а сказал на меня.

— Пенёк, ты был пьян, вот и не помнишь ничего. Кошелёк у тебя нашли. А к торговцу больше не подходи, — это агент. Бойся его. Попадёшь в западню, выручать больше не буду тебя. Даром просто так ничего не даётся, запомни.

Долго ещё Орех стращал Лёню торговцем, выдумывал ложь и клевету на него. Лня в очередной раз поверил.

На ярмарке теперь Орех никуда от себя Лёню не отпускал, зорко следил за его каждым шагом. Уводил от торговца и Веры. К весне Лёня совсем поправился, окреп и стал ходить по ярмарке пешком. Положение у юноши было безвыходное. Он продолжал думать об отце. Постоянно думал о Вере, очень она ему понравилась, но побаивался торговца. В одно из воскресений Лёня увидел на ярмарке Степана. Степан выходил из ворот ярмарки. А Лёня и Орех были в первых рядах. Орех торговался с продавцом, чтобы купить подешевле картошку и стоял спиной к Лёне. Лёня решился и побежал за Степаном. Степан зашёл в один двор недалеко от ярмарки. Лёня открыл калитку следом за ним и вошёл тоже. И не поверил своим глазам, во дворе он увидел лебедя! Из дома вышел Степан и Вера. Лёня растерялся и молчал, не зная, что сказать. Вера улыбалась, а Степан смотрел на него хмуро. Юноша тихо произнёс:

— Прости меня, Степан.

Губы Степана дрогнули и улыбнулись. Несмело улыбнулся и Лёня. За его спиной отворилась калитка и вошёл торговец. Он оглянулся и испугался, увидев его.

— Агент! – промолвил Лёня. Он хотел бежать, но Вера успела взять его за руку.

— Постой, это Ангел. Это не Агент.

И страх Лёни ушёл. Потом они долго сидели и пили душистые травы на кухне. Лёня всё рассказывал, его слушали. Рассказав всё, юноша спросил:

— Что мне теперь делать?

— Сначала вернуть своё доброе имя. Ты – Лёня, ты не Пень. И уйти от Ореха, — сказала Вера.

— Это не Орех, это – Грех, он поменял одну букву своего имени. Ты попал в крепкие сети, юноша. В сети обмана и лжи, — дополнил Веру Ангел.

— Это Грех? – изумился юноша, — Да, теперь я всё понял! Как он постоянно обманывал меня! Поэтому ему и не нравились чистые белые лебеди и он заменил их воронами. Как вернуть теперь лебедей?

— Мы поможем тебе. Только держись нас, мы поможем тебе. Не возвращайся ко Греху.

Ангел дал Лёне зеркало:

— Посмотри!

Лёня посмотрел на себя и не узнал. На него смотрел и он и не он. Мозг его просвечивал и было видно, что на него натянута сеть. Просвечивало и сердце. Оно было каменным.

— Кто это? – испугался Лёня.

— Это – рентгеновское зеркало. Оно показывает мысли и сердце человека. Ты забыл об отце, а отец ищет тебя. И он послал на помощь и поиск твоего старшего брата. И твой брат много перенёс, пока искал тебя, — ответил Ангел.

— Ты знаешь моего отца? Он не простит меня.

— Он простил тебя. Возвращайся к нему.

— Я вернусь. Но сначала надо вернуть лебедей.

Друзья сидели до полуночи. Они составляли план действия, чтобы вернуть лебедей. Чтобы вернуть прежнее название села «Верное», вернуть всем доброе имя и изгнать грех. А Степану вернуть должность и домик.

Наутро Ангел раздал зеркала, и все отправились выручать село. Взяли и лебедя, чтобы он напомнил сельчанам старое доброе время. Задача была трудной. Лёня шёл по всем дворам только с Верой, не отпуская её руку. Он обличал Ореха и называл его настоящим именем:

— Это Грех! Поверьте, это Грех! И все злые дела не я делал, а Грех. Это всё Грех, это не я! Что я хотел, то не делал, а что не хотел, то прилежало мне делать. Грех соблазнял меня, Грех принуждал меня. Простите меня.

А Степан и Ангел всюду появлялись с лебедем. И призывали всех вспомнить прекрасный пруд и грандиозных лебедей. Грех ходил по пятам и старался разрушить их план. Но его влияние слабело. И зеркала делали своё дело. Сельчане ужасались виду своих сердец и плакали.

Через месяц жизнь в селе наладилась. В восстановленном пруду плавали лебеди. Степан поселился в своем домике. Ворон разогнали. Грех больше не мог найти прибежища в селе и ушёл под покровом ночи. А наутро Лёня собирался к отцу. Он решил никогда больше не расставаться с ним, с братом и …Верой. Выйдя из села, они прошли мимо указателя, на котором было написано «Село Верное, 100 метров». Впереди они увидели скучающего юношу, он шёл и разговаривал с мужчиной, который кого-то напоминал им.

— Это же Грех! – воскликнул Лёня и закричал громко, чтобы услышал юноша, — остановись! Это грех! Это грех!

Юноша оглянулся:

— Что он сказал?

— Он сказал, что я грек. А какой же я грек, не обращай внимания. Так ты говоришь, что из дома ушёл? Надоело всё? Идём со мной. Со мной не будет скучно тебе. Нас ждёт весёлое будущее, юноша. Только не думай ни о чём, думать буду я.

Они удалялись всё дальше и дальше, пока не превратились в чёрные точки. Но, наверное, это ещё не конец. Ведь рано или поздно, все возвращаются к своему отцу, познав трудности жизни.

Эпилог.

По пустынным жизненным дорогам бродит грех. Он цепляет всех скучающих и ушедших от Отца. Если даже он покажется тебе интересным и забавным, если даже он будет улыбаться тебе, никогда не называй его своим другом. Потому что это – твой враг!

 

 

Запахи осени
Как люблю я запах осени!

Запах свежести дождей,
Прелость листьев, в небе просини
После всех дождливых дней.

Запах сена, трав всех скошенных
Запоздалою порой,
Но ещё не запорошенных
Первой снежной бахромой.

С неба отдалённо слышится
Крик прощальный журавлей.
Ветви на ветру колышутся,
И пустынен вид полей.

Листья падают торжественно
Плавной длинною дугой.
Как же нежно, ярко, женственно
Всё в природе дорогой!

Лист желтеет не в беспечности, —
Это признаки зимы.
Не печалься! Листья в вечности
Будут вечно зелены!

Иисус, Тебя хочу найти
Иисус! Тебя хочу найти.
Ищу дорогу, чтоб по ней
Мне до Тебя скорей дойти
Средь мрака ночи, страха дней.

Иисус! Когда Тебя найду,
То со слезами и мольбой
К Твоим ногам я упаду,
Не совладевшая собой.

И ляжет на плечо моё
Твоя пронзённая ладонь.
И я почувствую её,
Как защищающую бронь.

Иисус, прости! Как часто я
Её всё сбрасывала с плеч.
И уходила от Тебя,
И избегала всяких встреч.

Меня в неверии моём
Пугала нежная рука –
Твоя рука, тогда её
Я принимала за врага.

Но Дух Святой неутомим.
Работать мягко продолжал
Он над сознанием моим
И встречу с Богом приближал.

Иисус! К Тебе стремлюсь душой!
Но где обители Твои?
Там, в небесах, дворец большой
Нам предназначенный стоит.

Как тяжелы мои грехи.
И как я до небес дойду?
Они бездонно высоки.
И где Тебя я там найду?

Но мне Спаситель говорит,
Что у меня надежда есть.
По миру грешному летит
Твоя, Иисус, благоя весть.

Не надо мне к Тебе идти,
Ты Сам на землю к нам сошёл.
Ты хочешь Сам меня найти.
И Ты меня уже нашёл!

Иисус! Хочу Тебя просить
С Тобою рядом быть всегда.
И Твоё имя лишь носить
В оставшиеся мне года.

25 июля 1995 год

Так жизнь коротка
Так жизнь коротка!
И кто замечает,
Как годы бегут,
Оставляя морщины у глаз…
Как свежесть цветка,
Нас рожденье встречает,
И жизнь побежит без оглядки от нас.

День прошел, ты трудилась прилежно
День прошел. Ты трудилась прилежно.
Ночь раскинула крылья свои.
Это Бог с тебя снял очень нежно
Все дневные заботы твои.

1 псалом
Ты знаешь, как дерево зеленеет,
Когда чудной свежестью вдруг повеет?
Корням не засохнуть, раз есть вода.
И лист зеленый на нем всегда.

Во время своё вкусный, сочный плод
Дерево это людям даёт.
И тот, кто о Господе помышляет
И о законе Его размышляет,

Одною дорогою с грешным не ходит.

И дружбу с развратными кто не заводит,
Тот будет, как дерево, что зеленеет.
Во всём, что не делает – сразу успеет.

Но все нечестивые будут не так.
Развеются Божиим ветром, как прах.
Ведь праведных путь их Господь знает явно,
А путь нечестивых погибнет бесславно.

В Ветхой Книге
В Ветхой Книге наготове
Пригласительный билет.
Агнец брачный пир готовит
Уже много тысяч лет.

Свадьба будет незабвенной.
Вот Жених грядёт в Свой час.
А Невеста постепенно
К ней готовится сейчас.

А Невеста – Церковь Божья
Любит Жениха-Христа,
Но стоит у бездорожья
Без венчального венца.

Ей готово платье славы –
Совершенство до краёв.
Не меняет ж она нравы –
Хочет доносить своё.

Молью съедена одежда.
Нагота видна для всех.
Угасает и надежда
«Тёплым духом» выгнать грех.

Любит ли Христа Невеста?
Умерла ли для греха?
Почему же в сердце места
Мало так для Жениха?

Будь, как солнце над землёю,
И прекрасной, как луна.
И блистающей зарёю
Будешь в вечность рождена.

Как печать любви пребудешь
В сердце вечного Творца.
И снимать вовек не будешь
Милость царского венца.

В Ветхой Книге наготове
Пригласительный билет.
Церковь как себя готовит
Уже много тысяч лет?

24 января 2006 год 7.00 – 9.00 ч.

Х Х Х
Серое небо с хмурою тучей
Сердце заполнило хмуро собою.
Небо влечёт к себе песнью певучей,
Только когда оно голубое.

Серое сердце, хмуро, как с ночи.
И в обращеньи оно непростое.
Сердце влечёт к себе, радует очи,
Только когда оно золотое.

Сердце Иисуса нам Бога явило.
Раны земли всей покрыло Собою.
Сердце Иисуса тебя обновило,
Только когда Оно в сердце с тобою.

26 июля 2009 год 6.15 ч.

Господь, Тобой сотворены!
Господь, Тобой сотворены
В Твоё подобие когда-то,
Чтоб жить без страха и вины,
Чем эта жизнь пока богата.

Иисус! Искуплены Тобой!
Пусть в сердце вечно будет память,
Чтоб в небесах одной судьбой
Голгофский подвиг славить, славить!

О, Дух Святой! В сердца вселись!
И в жизнь вдохни вершин небесных.
Восстанови! Восстановись
Царём в сердцах, без Духа тесных.

18 марта 2009 год 8.00 ч.

Когда сердце ночью плачет
Когда сердце ночью плачет,
Не простив обиды снова,
Это плохо! Это значит –
В сердце зависть на другого.

Не завидуй в своём горе
Счастью краткому чужому.
Иисус прощенье вскоре
Твоему навек даст дому.

Когда радость и отрада,
Не забудь в своей удаче,
Что чужое горе рядом,
Что другой в обиде плачет.

Не забудь Креста на взгорье,
Кровь Святую на запястье.
Иисус с тобою в горе,
Иисус с тобой и в счастье.

Научись в слезах во взоре,
У страстей греха во власти
Понимать чужое горе
И ценить чужое счастье.

20 января 2001 года, 9.00 – 11.00 ч.

Х Х Х
Мой друг, Моё сокровище Вселенной,
Искупленный страданием Моим!
Когда же ты, устав от жизни тленной,
Придёшь ко Мне, вновь жаждою томим?

Когда придёшь ко Мне за утешеньем,
За силой, за победой над грехом,
За новым сердцем, новым откровеньем?
Твоим Я нежным стану Пастухом.

Хочу Я слышать голос твой в моленьях
Почаще и подольше, и сильней.
Молитва веры – жизнь любви и бденья,
Моё спасение сокрыто Духом в ней.

Ты мало просишь, Я даю не мерой.
Не прекращается любви Моей поток.
Приди ко Мне с имеющейся верой,
Трепещущей, как слабый лепесток.

Приди ко Мне упавшим и сражённым,
Неверным, изменившим Божий план.
В своих грехах слепым и прокажённым –
Я не гнушаюсь твоих многих ран.

Я исцелю, восстановлю, согрею,
Утешу, обновлю и освящу.
Мой друг! Я принуждать тебя не смею,
Ищи Меня, как Я тебя ищу!
Любящий тебя Творец.

7 июля 2001 года, 9.00 – 11.00 ч. Суббота

Мечты о счастье порой круша…
Мечты о счастье порой круша,
Свои желания теребя,
Всю жизнь искала моя душа,
Сама не зная того, — Тебя.

Искала верности в людях я,
Боясь однажды остаться одной,
Но предавали они меня,
А Ты оставался со мной.

Но я тогда от Тебя ушла,
Из чаши блуда пила вино.
Искала любви, но её не нашла,
В колодце души обнаружила дно.

Я изменяла, Ты – верен был.
Я уходила, а Ты – прощал.
Я ненавидела, Ты – любил,
Всегда любить обещал.

И терпеливо меня Ты ждал.
С нежностью звал вернуться вновь.
Каждый Твой зов во мне рождал
Едва проснувшуюся любовь.

И я поняла потеплевшей душой,
Что мне без Тебя радости нет.
Что Ты – источник любви большой,
Что Твой воссиял во мне свет.

Мы тяжесть греха на себе несём.
И я, сожалея о том и скорбя,
Всю жизнь непрестанно искала во всём,
Не зная того, лишь Тебя!
12 января 1996 года

Х Х Х
«Самый быстрый способ сократить расстояние, это идти навстречу друг другу» (автор неизвестен)
Я иду тебе навстречу,
А идёшь навстречу ты?
Вот, несу на нашу встречу
Я смирения цветы.

И характеров изнанки,
Весь болезненный навар,
Принимаю, как подарки,
Как чудесный Божий дар.

Только рядышком, пусть в ссоре,
В перетирке боль круша,
Вновь в сердечном разговоре
Очищается душа.
2 октября 1998 года

Пышность свадьбы – лишь на миг
Пышность свадьбы – лишь на миг.
Время всё размелит в труху.
Вот и ты уже старик,
Косо смотришь на старуху.

Время в суете бежит.
Что же главное ты сделал?
Век насыщенно прожит,
А характер твой в пробелах?

Сын и дочь – враги твои,
Смерти ждут – делить наследство.
Потому что утаил
От людей ты Божьи средства.

Взгляд твой не на небеса.
Сгорблен целый день бываешь.
Взвешен на земных весах,
А на Божьих вес свой знаешь?

Сил всех требуют твоих
Деньги, дом, семья, работа.
Как запрягся за двоих,
Так и тянешь за кого-то.

Тело грешное твоё
В шёлк и бархат разодето.
А душа не вопиёт,
Что грехом твоим раздета?

Ткань любви не приобрёл.
Не облёкся в ризы верой.
В мыслях часто был орёл,
А на деле – мышкой серой.

Смерть всегда придёт в свой час.
Что тогда хотеть ты будешь?
Жизни вечной? А сейчас?
Слово Бога строго судишь?
Разберись же, что важней:
Тело или дух свободный?
Что влечёт тебя сильней:
Чувства или разум годный?

Жизнь даётся нам не зря.
Чем должны мы быть богаты?
Так живи, чтоб жизнь твоя
Не закончилась когда-то.
19 мая 2005 года.

Жизнь – это дар, приводящий нас в трепет
Жизнь – это дар, приводящий нас в трепет,
Если одуматься и осознать.
Жизнь – не невнятный души моей лепет.
Песней души жизнь бы можно назвать.

Жизнь – это разумом не объяснимо.
Чувствами жизнь не охватишь сполна.
Просто живёшь без актёрского грима,
Если его смоет жизни волна.

Жизнь суетой засоряем без меры
И в лабиринтах теряем покой.
Боже! Дай сильной немеркнущей веры,
Чтобы у вечности жить под рукой!
25 марта 2008 года 15.30 – 16.00 ч.

Жизнь – это вечные расставания
Жизнь – это вечные расставания.
В жизни часто свирепствует вьюга.
Жизнь – это длинные расстояния
Между теми, кто любит друг друга.

И дороги жизни короткие,
Сожаления наши о многом.
В этой жизни страдают и кроткие.
Это истинно так, но не с Богом.

С Богом жизнь – это радость спасения.
С Богом жизнь не кончается вечно.
С Богом жизнь – это чуткие бдения,
И поэтому жизнь не беспечна.

В близкой вечности наше желание,
Где утихнет навеки вьюга.
И не будет тогда расставания
Там для тех, кто любит друг друга.
28 января 2006 года, до 8.30 утра

Запретное дерево
Запретное дерево рядом.
Плоды не опасны на вид.
Дракон, что кружится над садом,
Так сладко к душе говорит.
И Ева, обману внимая,
Отвергла Божественный свет,
Горька эта сцена немая,
Ведь ныне бессмертия нет.

Всё небо в безмолвной печали.
И арфы пока не звучат.
Не узнанный Евой вначале,
Грех смертью в Эдеме зачат.

Планета грехом заразилась.
И гибель грозит ей навек.
Смерть гостьей незванной явилась,
Чтоб ставить в ярмо своё всех.

Но жизнь, не подвластная смерти,
Не может закончиться вдруг.
В своё искупление верьте:
Господь – наш Спаситель и Друг.

Запретное ж дерево рядом.
Плоды не опасны на вид.
Но дьявол кружится над садом
И сладко к душе говорит.

Мария
Мария! Ароматом миро редким
Вся комната наполнена, и Я.
Динарии – богатства этикетки,
Они ничто не значат для тебя.

Мария! Не смущайся, люди будут
Тебя за твой поступок осуждать.
Но небеса твой дар не позабудут:
В том излияньи – Божья благодать.

Мой путь – до погребального батиста.
И время это Мной освящено.
Но мало кто любил Меня так чисто,
Как ты. И тебе много прощено.

Твоя душа открыта вести вечной.
Любовь Моя затронула тебя.
И ты ценою дружбы с миром встречным,
Меня лишь избрала и плача, и скорбя.
Нет, не о мире грешном и беспечном,
Но с грустью, что не приняли Меня.

Не поняли, принять не захотели,
Но оскорбили, гнали и убьют.
Твоя ж любовь проявлена на деле –
Небесный суд земной осудит суд.

Иду на крест, но в мраке смерти горькой
Поступок твой путь освещает Мне.
Меня полюбят после смерти только
За те три дня, что буду в мёртвом сне.

Мария! Твой поступок – жизни песня,
В веках железных что не позабыть.
Пусть все узнают о забытой чести,
Как нужно всей душой Меня любить.

25 января 2003 года 16.00 – 17.00

Иисус, мне так хочется страстно
Иисус, мне так хочется страстно,
Чтоб всё изменилось вокруг.
Я верю – живёт не напрасно
В веках – Твой молитвенный круг.

Бывает порой очень плохо,
Мне хочется видеть Тебя,
Иметь веру жизни Еноха,
Общенье с Тобой сохраня.

Открыл Моисею Ты славу
Своей беспредельной любви.
Жизнь сделай мою, как дубраву,
Меня в Свой чертог позови!
От смерти Ты спас Даниила
И спас с Мардохеем народ.
У слабых была Твоя сила,
Рекой восполнял Ты расход.

Давал утешение в горе,
По вере людей исцелял.
Волной управлял в бурном море
И ветры раздоров смирял.

Для крепкозаблудших, беспечных
В душе зажигал Ты свечу.
Я Солнце Твоё видеть вечно
В восходе духовном хочу!

Склоняю в молитве колени –
Мне милость прощенья яви.
Избавь от духовной лени
В познаньи Твоей любви!

6 апреля 2002 года 14.30 – 16.30

Что значит для вас слово «мама»
Что значит для вас слово «мама»?
Подснежник, расцветший в снегу?
Звезда, та, что ночью сияла?
Стук сердца на каждом шагу?
А может быть, якорь надёжный
И пристань в крутых берегах,
Когда в обстоятельствах сложных
Ты в любящих сильных руках.

Из Божьей любви и терпенья
Сложились сердца матерей.
В их сердце живёт и прощенье.
А сыщете ль сердце верней?

С годами любовь не ветшает.
И сила любви велика.
Всё также нас мама прощает,
Что мало мы ценим пока.

Нет в мамином сердце разлуки.
Так Бог проявляет любовь,
Когда материнские руки
К душе прикасаются вновь.

Нет слова нужнее, чем «мама».
Она добрый ангел для нас.
Звезда, что навек засияла
Лишь в наше рождение час.

12 мая 2005 года

Пробуждение души
Пробуждение души!
Вдруг и тягостно, и сложно!
Со слезами и в тиши
Покаяние возможно.

Оживёт молитва вдруг,
И душа зайдёт в рыданьи
От сознания, что Друг
Твой Небесный в ожиданьи.

В ожидании тебя!
В ожиданьи быть с тобою.
И с колен тогда, скорбя,
Встанешь с верою живою.

Пробуждение души!
Вихорь чувств и боль благая.
Боже! Грех мой сокруши,
В новом сердце гимн слагая!

27 августа 2009 года 22.00 часов

Иисус, храни меня
Иисус! Храни меня!
Защити любовью сильной
От душевного огня,
От печали изобильной.

Исцели от всех тревог,
От сердечной давней боли.
Ты ведь мой Всесильный Бог.
Моя жизнь – в небесной доле.

Иисус! Я вижу свет
Через тучу долгих стадий –
Это Ты послал ответ –
Сердце мне Рукой погладил!

16 июня 2008 года 21.40 – 22.00 часов.

Господь! В веках Твой день велик!
1 куплет:
Господь! В веках Твой день велик!
Лучится далью голубой.
Со слов Твоих весь мир возник.
И мы сотворены Тобой!

Припев:
Нет слов, чтоб выразить любовь.
Коснись небесною рукой.
А сердце в небо рвётся вновь,
Где Ты, где святость и покой!

2 куплет:
В Твоей любви душа парит,
И небо надо мной, как свет!
Любовью сердце говорит,
Что без Тебя мне жизни нет!

3 куплет:
Душа о вечности поёт,
Где жить со мною будешь Ты.
И петь душа не устаёт
От совершенной полноты.

31 октября 2009 года 10.30 – 12.00 часов суббота.

Бог над мирами Вседержитель
Бог над мирами Вседержитель,
Не сосчитать Его владений.
Пред именем Его в почтеньи
Трепещет каждый небожитель.

Земля – песчинка во Вселенной.
Но жизнь её – в Его дыханьи.
Надежда только в упованьи
На мощь Творца всей жизни тленной.

И среди всех миров заветных
Здесь на земле Бог обитает.
Тебя по имени Он знает.
И ждёт твоих шагов ответных.

21 ноября 2009 года 9.00 – 12.30 часов

Иисус, Тебя хочу найти

Иисус! Тебя хочу найти.
Ищу дорогу, чтоб по ней
Мне до Тебя скорей дойти
Средь мрака ночи, страха дней.

Иисус! Когда Тебя найду,
То со слезами и мольбой
К Твоим ногам я упаду,
Не совладевшая собой.

И ляжет на плечо моё
Твоя пронзённая ладонь.
И я почувствую её,
Как защищающую бронь.

Иисус, прости! Как часто я
Её всё сбрасывала с плеч.
И уходила от Тебя,
И избегала всяких встреч.

Меня в неверии моём
Пугала нежная рука –
Твоя рука, тогда её
Я принимала за врага.

Но Дух Святой неутомим.
Работать мягко продолжал
Он над сознанием моим
И встречу с Богом приближал.

Иисус! К Тебе стремлюсь душой!
Но где обители Твои?
Там, в небесах, дворец большой
Нам предназначенный стоит.

Как тяжелы мои грехи.
И как я до небес дойду?
Они бездонно высоки.
И где Тебя я там найду?

Но мне Спаситель говорит,
Что у меня надежда есть.
По миру грешному летит
Твоя, Иисус, благоя весть.

Не надо мне к Тебе идти,
Ты Сам на землю к нам сошёл.
Ты хочешь Сам меня найти.
И Ты меня уже нашёл!

Иисус! Хочу Тебя просить
С Тобою рядом быть всегда.
И Твоё имя лишь носить
В оставшиеся мне года.

25 июля 1995 год

Псалом 1.
Ты знаешь, как дерево зеленеет,
Когда чудной свежестью вдруг повеет?
Корням не засохнуть, раз есть вода.
И лист зелёный на нём всегда.

Во время своё вкусный сочный плод
Дерево это людям даёт.
И тот, кто о Господе помышляет,
И о законе Его размышляет,
Одною дорогою с грешным не ходит.
И дружбу с развратными кто не заводит,
Тот будет, как дерево, что зеленеет,
Во всём. Что не делает, сразу успеет.

Но все нечестивые будут не так.
Развеются Божиим ветром, как прах.
Ведь праведных путь их Господь знает явно,
А путь нечестивых погибнет бесславно.

Стихи для детей

Моё сердце поёт Богу!
Я хвалу Ему пою!
Бог с избытком дал мне много!
Я – себя Ему дарю.

Молиться надо часто.
И я совсем без лени
Встаю всегда с охотой
Молиться на колени.

И каждый замечает –
Я лучше становлюсь.
А Бог по мне скучает,
Когда я не молюсь.

Лягу вовремя я спать,
Чтобы утром бодрым встать.
Хочу сделать много дел,
Так Иисус мне повелел.
Буду добрым в новом дне,
Бог нуждается во мне.

Я лечу всё выше-выше
Вновь к заветным небесам.
Бог меня в молитве слышит
И возносит меня Сам.

Подмету везде я мусор.
Помоги мне, Боже,
Чтоб убрать ненужный сор
И из сердца тоже!

Если болен я, и надо
Пить лекарства в нужный срок,
То всегда со мною рядом
Мама, ангелы и Бог.

— Мама, мама! Это правда:
Бог живёт на небесах?
— Это – правда! Это – правда!
Это так, но и не так.
Бог живёт и в сердце нашем,
Если впустим мы Его.
— Я впущу! И больше даже –
Всё отдам я для Него!

Десять заповедей Божьих
В сердце десять все со мной.
Не забуду! Не забуду!
Не забуду ни одной!

Отчего я рассердился
И обиделся на всех?
Это в сердце поселился
Очень-очень страшный грех!
Так жить дальше не годится,
Буду лишь на грех сердиться!
На грехи я рассержусь
И от них освобожусь!

Чистое сердце

Боже! Желанья мои измени.
Чистое сердце во мне сотвори.
Чистое сердце хочу я иметь,
Счастье зависит от этого ведь!

Сердце моё засияет в груди,
Дни необычные ждут впереди.
Будут следы от поступков сиять.
Сердце останется чистым опять.

Чёрные пятна уйдут навсегда.
И от поступков не будет вреда.
В сердце моё Бог заглянет, зайдёт,
Полный порядок Он в нём наведёт.

Меня зовут Алена Гусева. Живу в Ташкенте, Узбекистан.

Писать стихи стала в школе. Может потому, что отец хотел, чтобы я писала стихи и каждый день заставлял искать рифму. Не могу сказать, что он насильно заставлял, но так «с шутками, прибаутками». Мне еще семи лет не было, как мы стали с папой играть в эту игру. Потом втянулась, «искать рифму» вошло у меня в привычку. И я уже не мыслила себя без стихов. Сам папа стихов не писал, просто хотел, чтобы я стала поэтессой. Может быть, если бы не он, писать стихи я бы даже не пробовала. Так что в этом заслуга отца.

До 24 лет я была атеисткой. Так бы и была неверующей, если бы Бог не призвал меня Сам и не привёл в Церковь адвентистов седьмого дня. Крещение приняла 19 декабря 1993 года, еще не веря в Бога. В Бога поверила на следующий день после крещения. Пришла радостная в лицей на следующий день после крещения и рассказала психологу, с которой вместе работали. Она стала говорить мне, что я в заблуждении и в самовнушении. И мне стало плохо. Я подумала, неужели нет вечности, я умру и всё, как говорит психолог? Я захотела, чтобы было всё так, как я слышала в Церкви и поэтому я поверила в Бога.

24 декабря 1996 года в 17.00 часов папы не стало. Но в этот же день перед смертью он заставил меня перечитать ему все мои стихи. Я ему читала, видела, что он устал. Но папа заставлял меня читать дальше. В этот момент я не знала, что через 2 часа папа умрёт. Но, слава Господу, что в последние часы своей жизни папа покаялся и обратился. Надежда на встречу остаётся. Аминь!

Рубрика: Искусство


Комментарии (1):

  • juliya

    |

    Замечательный рассказ, очень поучительный- как опасно играть с грехом. Советую всем почитать, особенно молодежи, которой скучно и нечем себя занять .Алена, вам желаю творческих успехов и вдохновения от Бога.


RSS канал Следите за поступлением новых комментариев к этой статье через RSS канал

Оставьте свой комментарий к статье:

Для форматирования своего комментария (жирный, курсив, цитировать) - выделите текст в окне курсором и нажмите одну из кнопок форматирования. Более подробно об этом читайте на странице "Помощь".
Если Вы желаете исправить свой комментарий или удалить его - напишите нам в редакцию.
Запрещается размещать комментарии через прокси-сервера, с целью скрыть свои данные.
Запрещается размещать комментарии с использованием множественных фиктивных имен с целью создать видимость участия в обсуждении группы людей. Постоянные псевдонимы допускаются.
Запрещается размещать в комментариях URL ссылки на статьи, размещенные на сайтах враждебных к Церкви АСД или призывающих к расколу, независимо от изложенного там материала.
Если, по Вашему мнению, какой-то комментарий является оскорбительным или унижающим Вас или Ваши религиозные верования, или является таковым в отношении других читателей - напишите нам в редакцию. Мы рассмотрим этот вопрос, и если нужно, примем меры.
© Интернет-газета "ПУТЬ", 2006-2016
При использовании материалов указывайте эл.ссылку на цитируемую статью, в бумажной публикации – короткую ссылку на наш ресурс. Все права на тексты принадлежат их авторам. Дизайн сайта: YOOtheme GmbH. Техническая поддержка сайта: info@asd.in.ua

Христианский телефон доверия: 0-800-30-20-20 (бесплатно по Украине), 8-800-100-18-44 (бесплатно по России)
или с мобильного: Life (093) 50-157-80, МТС (066) 707-000-5, Киевстар (098) 707-000-5.