Два творческих человека, украинец Игнат и россиянин Андрей, которых объединяет поэтический цех, беседуют о том, можно ли влиять на ситуацию в мире, искореняя вражду и приводя людей к взаимопониманию. О том, кому дано это сделать, а кому нет, и каким должен быть человек, активно влияющий на окружающих. Намеренно опущены фамилии и звания, чтобы сделать акцент не на личностях, а на идеях.
Игнат:
— Вражда между людьми и народами — бессмысленна. Я знаю кое-что достоверно о том, как это происходит и к каким приводит дикостям. Но моя позиция — быть миротворцем. Ибо разжечь вражду легко, а погасить ее и добиться примирения — это уже гораздо сложнее. Не все это понимают.
Андрей:
— Да и я знаю, но как погасишь, когда это нужно бизнесу всяких ублюдков, которые через зомбоящики перепрограммируют простой народ в управляемое быдло?
Игнат:
— А я всем советую просто-напросто выкинуть зомбоящик на свалку и общаться с людьми напрямую. Чтобы знать, кто реально чем живет и чем дышит. Из-за зомбоящика людей рассорили, настроили друг против друга. Кто участвует в этом — пожнет и плоды. А мой выбор — если есть возможность помочь кому-то, кто пострадал — попытаться сделать это. Это единственное, что может быть правильным в ситуации, когда люди вокруг враждуют.
Андрей:
— Помощь важна, это понятно и без зомбоящика. Чтобы был мир, надо консолидироваться против тех, кто учиняет войну, всё остальное — сопли.
Игнат:
— А это значит — начинать надо с себя. Вот я не смотрю зомбоящик и поэтому в мире со своими ближними. У человека должен быть свой внутренний стержень. Если его нет — никто извне не спасет и не поможет.
Андрей:
— С себя начал — продолжай дальше, а так на себе и замкнёшься. Устанавливай стержни тем, у кого они потеряны. Да и вообще мало кто может иметь стержень. Пассионариев мало, остальные — обыватели, им нужны команды, они не принимают самостоятельных решений.
Игнат:
— Сталкиваясь с людьми, общаясь с ними, можно приглашать их взглянуть на вещи иначе, чтобы этот стержень появился. Заставить — нельзя, вырастить стержень за них, вместо них — нельзя, можно лишь приглашать, сеять зерно, а дальше — выбор каждого. Замыкаться на себе, конечно, нельзя, согласен.
Андрей:
— Да не могут они выбирать! Их надо вести за собой! И если не ты, то их поведут другие.
Игнат:
— Я так не думаю. Если кто-то пойдет за мной, не имея своего выбора, то грош цена его пути. Он должен видеть, куда идет. Если не верить в то, что человек может выбирать, то очень легко поверить в цель, которая оправдывает любые средства. Я убежден, что практически у каждого человека есть выбор, но надо помочь людям увидеть его. А уже от них зависит, захотят ли они пользоваться своим выбором. В элиту, способную все решать за других, верить проще всего, но на самом деле никакой человек даже в элите не идеален и тоже может ошибаться, как и другие.
Андрей:
— Видят путь единицы, остальные по природе — обыватели. Им нужно только тёплое местечко. И если им внушить, что жуткий мороз — это тепло, то они пойдут туда. И ничего не сделаешь.
Термосы «Арктика» из нержавеющей стали интернет-магазине http://termospro.ru
Игнат:
— С другой стороны — это правда, большинство плывет по течению. Но насильно против течения их тоже плыть не заставишь, не толкнешь, либо это будет ненадолго — как поплыли, так и уплыли.
Андрей:
— Всё решает малое количество пассионариев, которые, как гипнотизёры, посылают остальных туда, куда решат — за них! Ибо те решать не могут и никогда не решат, а ищут, кто бы за них решил. И так было и будет всегда. Люди не равны по природе, но равны перед законом. И те пассионарии, которые не решают что-либо в положительном плане — предатели своего призвания.
Игнат:
— Да, это так — в определенном смысле люди ведут себя как не равные друг другу, но это неправильно, т.е. так не должно быть. Вопрос в том, как на это повлиять. Мне нравится рассказ о мальчике, который брал морские звезды, выброшенные на берег, и бросал обратно в море. Ему сказали: ты ведь все равно всем не поможешь. Он ответил — да, все звезды я не спасу, но вот одну эту, которая у меня в руках — ее спасти могу. Так и в жизни. Кто-то удачно сказал, что все человечество нельзя спасти, а конкретного человека — можно. Поэтому даже небольшие лучи добра, если они исходят от нас — это тоже очень много значит как фактор влияния. Есть люди, которые кодируются от курения или выпивки, но в этом мало пользы, если они потом ищут, как раскодироваться, чтобы снова вернуться к своей зависимости. Т.е., их как бы «загипнотизировали», но проблема в них самих не была решена. А тот, кто осознанно преодолел зависимость — тот как раз и взрастил в себе внутренний стержень. Можно всех «загипнотизировать», чтобы никто не курил, не пьянствовал и т.д., но люди превратятся тогда в роботов. Это значит, что если найдется более сильный «гипнотизер», то он их просто перепрограммирует на другую зависимость, на другое зло, и все станет еще хуже. Но вот те, кто вышел из-под «гипноза», обрел свой выбор — даже если они в меньшинстве, даже если это не миллионы, не тысячи, не сотни, а пусть хотя бы пара человек — это уже очень ценно. Не всем дано влиять на большие массы народа, приводя их к осознанности. Кому-то дано влиять в своем окружении.
Андрей:
— Влияешь в малом — повлияешь и в большем. Кому-то это не суждено, кому-то суждено. И то, что должно быть или не должно — не нам рассуждать, это сделал Создатель, мы должны только честно глядеть правде в глаза, видеть настоящие причины и следствия, не витать в облаках. Реальность совсем не та, которую бы мы хотели видеть, и чтобы что-то изменить, нужно оперировать её законами. По-другому ничего не выйдет.
Игнат:
— Ну, мы же постоянно учимся видеть реальность и понимать ее. Благодаря Создателю.
Андрей:
— Не знаю, кто мы, кто вы — это делают единицы. Вообще адекватных людей, которые что-то решают, не так много. Оттого ли, что их Создатель не научил, или оттого, что есть в природе своё расписание, когда проявляться злу, а когда добру. И это тоже затея Создателя. Но разумным пассионариям всегда нужно стремиться к добрым самоотверженным свершениям, иначе всё бесполезно.
Игнат:
— Стремиться всегда надо к лучшему, это понятно. Но в то же время нельзя и мнить себя великим, элитарным и думать, что ты выше других на десять голов — ибо это ослепляет. Для меня пассионарность — не в том, чтобы думать, что ты пассионарий, а другие — толпа, а в том, чтобы просто стараться распространять добро настолько, насколько тебе это дано. Только сделав что-то в малом, можно прийти к большему.
Андрей:
— Лучшее — не всегда добро. Не надо мнить, надо чётко знать свои способности, насколько ты хорош или плох, и если ты в десять раз лучше других можешь сделать что-то, то это нужно просто знать, и знать своё место — выше или ниже, подтверждая или опровергая этот статус. Стараться распространить добро должны те, которые способны это делать. А остальные должны ориентироваться на тех, кто способен. Реально способен, а не мнит, как ты говоришь. Но если остановиться на малом, ничего в большем не выйдет.
Игнат:
— Да, я согласен, способности свои знать нужно и использовать их. Ради этого, например, музыкант выходит на сцену, а поэт где-либо публикуется. Точно так же и любые другие способности — от талантов в искусстве до обычных навыков в работе или общении. И когда я говорю о малом, я имею в виду не останавливаться на нем, а выполнять его как определенную задачу на пути к большему, т. к. это лучше, чем заявлять о великом на словах, но так ничего и не сделать.
Андрей:
— Просто для кого-то то малое, что он делает — несоизмеримо большое в понимании других. У всех совершенно разные возможности. Вот у нас уже девочка в 8 лет и рассказы пишет, и стихи только начала — у нее уже получается, и рисует. Остальным в её возрасте о таком — только мечтать, и это для них большое, а для неё — малое, так что пусть начинают с того, что под силу, с малого или большого.
Игнат:
— Да, у всех разные возможности, поэтому и не стоит тем, кому больше удается, смотреть на других свысока. Например, человек с особыми потребностями, конечно, гораздо медленнее преодолеет ту же дистанцию, чем спортсмен. Но если он вообще ее преодолеет — это будет его победа, и может быть, она по значению будет большей, чем победа спортсмена. Все должно быть по силе. Поэтесса Ника Турбина была признана гениальной в очень раннем возрасте, но к юности пошла по наклонной, и закончила очень плохо. Хотя пыталась бороться со своими зависимостями, но не смогла их преодолеть. Поэтому важно не только то, что дано человеку, но и то, как это использовать — каков выбор пути, осознание цели. Можно нести большой кувшин с водой и всю ее расплескать, а можно чайную ложку — но напоить из нее жаждущего.
Андрей:
— Пусть такой человек как хочет смотрит на других — свысока или нет — главное, чтобы что-то положительное делал. Пусть он мне плюнет в лицо, но наладит, например, экономику!
Игнат:
— Вот здесь я не совсем соглашусь, пожалуй. Т. е., конечно, хочется, чтобы экономика наладилась и, может быть, большинству все равно, кто это сделает, но мне вспоминается невеселый пример из истории. Гитлера в свое время в Германии боготворили, потому что он вывел страну из кризиса, сделал небывалый подъем в экономике, это считали своего рода чудом. И даже некоторые авторы книг говорят о том, что если бы он умер до развязанных им войн, то его причислили бы к великим немецким правителям. Но именно из-за того, что он любил смотреть на других свысока и плевать им в лицо, не считая за людей — именно из-за этого мы и относимся к нему как к чудовищу времен и народов. Все начинается с малого. Сегодня ты плюешь человеку, который чем-то отличается от тебя, в лицо, считая, что он ниже тебя, а завтра можешь послать его в газовую камеру. Так что мое мнение — экономика экономикой, но качества личности очень много значат.
Андрей:
— Нужно не забывать, что Гитлер ничего не делал сам, он был агентом некоторых других стран, его спонсировали, потому экономика Германии и улучшилась. А я говорю про независимых личностей — пусть плюются, пусть будут мерзкими типами, но пусть сделают что-то положительное.
Игнат:
— Кто кого спонсировал — это уже другой вопрос, но ведь есть политики, которые просто присваивают все вложения себе, а стране или народу — ноль. В отличие от этого, в Германии все-таки был большой подъем; по сравнению с ситуацией после Первой мировой войны там много чего заработало, об этом говорят историки, да и сами люди свидетельствуют, которые в то время жили, есть интервью с ними… Так или иначе, обывателю как раз может и было наплевать, за счет чего улучшилась экономика, но все они видели, что она улучшилась и потому боготворили вождя. Я вот как раз про то и говорю — что улучшение улучшению рознь. Всегда надо стараться понять, за счет чего оно и для какой цели. Положительное делать — опять же, для кого. Мерзкий тип сделает положительное для своего класса, для своей расы или для своих почитателей — а других отправит в тюрьму, выкинет на улицу или будет с другими вести войну на уничтожение. В этом и отличие мерзких типов. Настоящий мудрый политик или управленец — пассионарий — должен заботиться о всех. И без воинствующей идеологии.
Андрей:
— Историкам не верю. Мерзкий тип может сделать всё, а безвольные — ничего. Когда проблем куча, надо рубить с плеча, иначе ничего не выстругаешь.
Игнат:
— Если рубить с плеча, то только злокачественные наросты, такие как коррупция, безнаказанность, безнравственность, например. Некоторые, дорвавшись до власти, могут «рубить с плеча» невинных людей, которые просто дорожат свободой совести, имеют свое мнение и просто свободно его выражают — вот таких пассионариев я бы не хотел видеть во власти. Так что — смотря что рубишь.
Андрей:
— Мало ли кто кого хотел бы видеть, у власти будут те, кто туда попадут. И туда попадут пассионарии, даже пускай несамостоятельные, но те, кто способен переступить определенную черту. Потому и тем, кто хочет что-то изменить — нужно шагать смело, уверенно, чётко. «Ура, товарищи!»
Игнат:
— Знаю о некоторых людях с хорошими личностными качествами, которые именно так и решили: шагнуть в то, что называют властью, или сферой управления, чтобы что-то попытаться изменить. Я желаю им удачи, впрочем, не факт, что их пустят туда для реальных изменений. Для этого деньги нужны, а у честных и порядочных людей, как правило, их нет. Но они так решили, проявляют инициативу и рискуют переступить эту черту. Я не могу сказать этого о себе, у меня другой путь — творчество.
Андрей:
— Сейчас всё решает бизнес и деньги, так как коммунизм хищным человекам не по вкусу. А политики — это марионетки бизнеса. Я тоже творческий человек, я подготавливаю души людей для того, чтобы они смогли увидеть истинное положение дел. А уж дальше — пусть решают или идут за теми, кто за них решит.
Игнат:
— Задача творческих людей — помогать другим видеть и слышать («имеющий уши да услышит!») — я тоже такого мнения.
Андрей:
— Ну, вот и договорились.
Игнат Меренков, НХМ