Мы продолжаем изучение первой главы Откровения. В этой теме мы сосредоточим наше внимание на тексте:10 ст. 2ч. – 20 ст.
После слов: «Я был в духе…» (10 ст. 1ч.) – начинается описание Иоанном самого видения.
I СЕМЬ ЭПИЗОДОВ ВИДЕНИЯ (10 ст. 2 ч. – 20 ст.).
Семь ключевых утвердительных глаголов до конца первой главы определяют семь эпизодов видения. Давайте рассмотрим каждый эпизод в отдельности.
ПЕРВЫЙ ЭПИЗОД (10 ст. 2ч.)
(ключевой глагол «слышал»)
«Слышал позади себя громкий голос, как бы трубный» (Откр. 1:10 2ч.).
Самое первое восприятие Иоанном Того, Кто явился ему в видении, произошло через слуховой рецептор. Позади себя он услышал вдруг громкий голос как бы трубный. Что-то новое, неожиданное произошло в восприятии Иоанна. Он отвык от громкой речи. Обычно узники общаются между собой приглушенным полуслышным голосом. Мало ли, чьё-то лишнее, не посвященное в разговор ухо, услышит их сокровенную речь. Но здесь тишину нарушил вдруг чей-то громкий голос. Он совершенно не похож и на сухой хриплый крик надзирателя.
Все это было для старца-узника совершенно неожиданным в данной обстановке; это было чем-то контрастирующим обычной речи патмосских заключенных. Иоанн не знает даже, с чем сравнить этот весьма громкий голос, ведь в то время не было ни усилителей, ни громкоговорителей.
Что же может так громко звучать?
Только труба. Но это не труба. Этот звук по громкости и по тембру был только подобен трубе, но это был чей-то голос. И хотя он был громкий, в то же время он был нежный, дружеский, притягивающий. Если что-то громкое и приходилось Иоанну слышать на острове, так это морской прибой. Волны с грохотом бились о скалистый берег острова. Но громкий плеск прибоя не был раздражающим. Хотя этот звук и громкий, но вполне можно провести время отдыха под шум и плеск вод многих; поэтому немного позже Иоанн сравнит голос Явившегося ему также и с шумом вод многих.
ВТОРОЙ ЭПИЗОД (10 ст. 3ч. – 11 ст.).
(ключевой глагол «говорил»)
«Который говорил: Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний;
То, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам, находящимся в Асии: в Ефес, и в Смирну, и в Пергам, и в Фиатиру, и в Сардис, и в Филадельфию, и в Лаодикию» (Откр. 1:10ст. 3ч. – 11 стих).
Громкий голос, как бы трубный, оказался не просто громким шумом, – это была понятная для Иоанна речь. И самое первое, что он услышал, были слова:
«Я есмь Альфа и Омега».
Прежде чем открыться патмосскому узнику и предстать перед ним видимым образом, небесный Посланник открылся в речи, подобной трубному звуку или напоминающей шум вод многих. И прежде чем Иоанн что-либо или кого-либо увидел, он уже получил повеление:
«То, что видишь, напиши в книгу и пошли членам малоазиатских церквей».
Церквей в Малой Азии, да и в других местах цивилизованного мира того времени, было, конечно, намного больше, чем семь перечисленных в 11 стихе. Естественно, члены и других церквей с радостью желали бы получить весточку от любимого Спасителя. Христиане и Милита, и Иерополя, и Колосса, городов, расположенных неподалеку от перечисленных семи, и Антиохийцы, и Коринфяне, и Верийцы, и Фессалоникийцы, и Филиппийцы, и Римляне – не были лишены интереса к этому пророчеству; да и до нас дошла эта весть, и мы с радостью читаем и изучаем это пророчество, хотя мы не входим в число членов тех семи церквей малоазиатских городов.
Но почему же тогда повеление «Первого и Последнего» прозвучало: пошли церквам, находящимся в Асии, и именно только в Ефес, и в Смирну, и в Пергам, и в Фиатиру, и в Сардис, и в Филадельфию, и в Лаодикию?
Об особом значении церквей именно этих семи городов мы узнаем другой раз.
А теперь:
ТРЕТИЙ ЭПИЗОД (12 ст. 1ч.)
(ключевой глагол «обратился»)
«Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною» (Откр. 1:12ст. 1ч.).
Человек устроен так, что имеет потребность в полном восприятии внешней среды. Его внутренним запросам недостаточно только слышать, он хочет еще и видеть того, чей голос он слышит.
Если в начале еще прошлого века человек мог часами наслаждаться слушанием патефона, потом уже и радиоприемника, магнитофона, то живущего в 21 – веке уже не заставишь просто так сидеть и упиваться звуками, исходящими из динамика. Сегодня, если он и поймал волну радиоприемником, – он слушает только между прочим делом: за рулем (и то умудряются приспособить автомобильный телевизор) или на кухне, готовя обед (да и хозяйки не лишены желания перетащить на кухню какой-нибудь старенький телевизор, – им слишком скучно без мыльно-пузырных сериалов). Человек хочет видеть того, кто ему говорит, и он изобрел телевидение, видеомагнитофон, компьютер. Эту потребность Бог вложил человеку, дав ему не только уши, но и глаза.
Иоанн не был удовлетворен первым восприятием. Он обратился в сторону, откуда исходил голос, чтобы увидеть того, кто с ним говорил.
Четвертый эпизод, средний из семи, самый обширный, это момент непосредственного созерцания символического Христа. Давайте этот трогательный момент встречи оставим для рассмотрения на самый конец.
А теперь:
ПЯТЫЙ ЭПИЗОД (17 ст. 1ч.)
(ключевой глагол «пал»)
«И когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый» (Откр. 1:17ст. 1ч.)
Этот опыт пережил не только Иоанн. И другие пророки, видевшие в видении представителя Неба, в оцепенении и страхе падали ниц пред Святым.
Например: Даниил.
«И остался я один, и смотрел на это великое видение, но во мне не осталось крепости, и вид лица моего чрезвычайно изменился, не стало во мне бодрости.
И услышал я глас слов его; и как только услышал глас слов его, в оцепенении пал я на лицо мое и лежал лицом к земле.
Но вот, коснулась меня рука и поставила меня на колени мои и на длани рук моих.
Когда он говорил мне такие слова, я припал лицом моим к земле и онемел» (Дан. 10:8-10,15).
Так что удивляться здесь нечему. Если Даниил оцепенел от голоса Ангела, явившегося ему, то перед взором Иоанна предстал сам Иисус Христос в прославленном символическом теле.
ШЕСТОЙ ЭПИЗОД (17 ст. 2ч.)
(ключевой глагол «положил»)
«И Он положил на меня десницу Свою» (Откр. 1:17ст. 2ч.)
Иоанн слышит, видит и, наконец, осязает. Это самый трогательный, самый интимный момент встречи с Христом. Он ощущает нежное прикосновение к своему плечу правой руки Христа.
И наконец:
СЕДЬМОЙ ЭПИЗОД (17 ст. 3ч. – 20 ст.)
(ключевой глагол «сказал»)
«И сказал мне: не бойся; Я есмь Первый и Последний,
И живой; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти.
Итак, напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего.
Тайна семи звезд, которые ты видел в деснице Моей, и семи золотых светильников есть сия: семь звезд суть Ангелы семи церквей; а семь светильников, которые ты видел, суть семь церквей» (Откр. 1:17ст. 3ч. – 20 стих).
Вот таковы были шесть эпизодов. Как вы помните, четвертый, средний эпизод из семи, мы оставили на рассмотрение в самый конец. Мы его в конце и рассмотрим, а теперь обратим внимание еще на один факт:
II СЕМЬ ФРАЗ ПРЯМОЙ РЕЧИ ИИСУСА (10ст. 2ч. – 11; 17ст. 2ч. – 20 ст.)
В первой главе мы обнаруживаем семь фраз, которые высказал Христос Иоанну. Прямая речь, которая началась в 10 стихе, прерывается описанием того, что Иоанн видел, но с 17 стиха она вновь продолжается.
В 10 и 11 стихах мы уже рассмотрели две фразы прямой речи Иисуса:
1 – фраза была:
«Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний» (10 стих, 2 часть).
2 – фраза была:
«То, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам, находящимся в Асии: в Ефес, и в Смирну, и в Пергам, и в Фиатиру, и в Сардис, и в Филадельфию, и в Лаодикию» (Откр. 1:11).
Теперь, после слов: «И сказал мне», – мы обнаруживаем еще пять фраз. И в сумме мы, таким образом, имеем семь фраз Христа, сказанных Иоанну.
Давайте рассмотрим остальные пять фраз.
3 – фраза:
«Не бойся» (Откр. 1:17ст. 2ч.)
Иисус спешит ободрить растерянного и испуганного Иоанна. Положив правую руку на его плечо, Он говорит: «Не бойся».
Этим выражением Первый и Последний, Сам лично или через посланников, не раз и не два ободрял церковь или отдельно избранных мужей. Этот ободряющий призыв, между прочим, 365 раз упомянут в Библии. Этим семибуквенным словосочетанием «не бойся» Бог ободряет нас, получается столько, сколько в году дней. Каждый день по одному ободрению. И так из года в год.
Но я приведу сейчас из этих 365–ти хотя бы семь текстов:
1. «Не бойся, муж желаний, мир тебе» (Дан. 10:19).
2. «Не бойся, малое стадо»! (Лук. 12:32).
3. «Не бойся, дщерь Сионова! » (Иоан. 12:15).
4. «Не бойтесь и не страшитесь» (Ис. 44:8).
5. «Но Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: Ободритесь; это Я, не бойтесь» (Матф. 14:27).
6. «И услышавши, ученики пали на лица свои и очень испугались. Но Иисус, приступив, коснулся их и сказал: встаньте и не бойтесь» (Матф. 17:6).
И наконец, наш текст:
7. «И когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый. И Он положил на меня десницу Свою и сказал мне: не бойся» (Откр. 1:17).
Скажите, страх Иоанна был оправдан или нет?
В его поведении было нечто негативное, или то, что Иоанн пал к ногам Христа как мертвый, было естественным, нормальным явлением?
Или он не должен был бояться или страшиться вообще ничего и никого?
А как же тогда вот эти, например, семь текстов?
1 «Бойся Бога твоего» (Лев. 19: 14).
2 «Но ты бойся Бога» (Еккл. 5:6).
3 «Господа Бога твоего бойся» (Втор. 6:13).
4 «Бойся Господа, и удаляйся от зла» (Прит. 3:7).
5 «Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите» (1Петр. 2:17).
6 «Только бойтесь Господа и служите Ему истинно» (1Цар. 12:24).
7 «Убойтесь Бога и воздайте Ему славу» (Откр. 14:7).
Но может страшиться Бога должны только нечестивые?
А праведным нечего страшиться и бояться Его? А?
А как же тогда насчет таких семи текстов?
1 «Бойтесь Господа, святые Его» (Пс. 33:10).
2 «Да боится Господа вся земля; да трепещут пред Ним все, живущие во вселенной» (Пс. 32:8).
3 «Ангел сказал: не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего для Меня» (Быт. 22:12).
4 «Начало мудрости – страх Господень» (Пс. 110:10).
5 «Страх Господень – источник жизни» (Прит. 14:27).
6 «Да будет страх Господень на вас» (2 Пар. 19:7).
7 «Собери народ, мужей, и жен, и детей, и пришельцев твоих, которые будут в жилищах твоих, чтоб они слушали и учились, и чтобы боялись Господа, Бога вашего, и старались исполнять все слова закона сего;
И сыны их, которые не знают сего, услышат и научатся бояться Господа, Бога вашего, во все дни, доколе вы будете жить на земле, в которую вы переходите за Иордан, чтоб овладеть ею» (Втор. 31:12-13).
Таким образом, призыв убояться Бога, иметь страх Господень, – звучит ко всем людям, как к нечестивым, так и к народу Божьему.
Скажите: как выйти из этого тупика?
Как решить эту экзегетическую проблему?
Бояться и страшиться ли нам Бога или нет?
Бог есть Бог любви, или это объект страха?
Страх Господень – это нечто негативное, или это положительное явление?
Как совместить, ну, например, вот эти два антитетических, казалось бы, текста?
1 – й текст:
«Итак, возлюбленные, имея такие обетования, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Кор. 7:1).
2 – й антитетический первому текст:
«В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершенен в любви» (1Иоан. 4:18).
Мы в тупике?!
Но развязка, оказывается, есть, она в том, что существует два вида страха:
Первый страх – панический, когда смятение внезапно охватывает человека или сразу многих людей.
Второй страх – это страх благоговения.
О паническом страхе нечестивых мы читаем:
«И войдут люди в расселины скал и в пропасти земли от страха Господа и от славы величия Его, когда Он восстанет сокрушить землю» (Ис. 2:19).
Праведному таким паническим страхом бояться Бога нечего. И нечестивых, преследующих нас, также бояться нечего. Бог с нами, и Он нас укрепит.
Благоговейный же страх, – это чувство почтения, уважение Бога; и в то же время ощущение своего ничтожества перед Его Величием.
Ап. Павел призывает верующих к этому виду почтения:
«Будем служить Богу с благоговением и страхом» (Евр. 12:28).
А вот текст, в котором сразу два вида страха:
«И сказал Моисей народу: не бойтесь; Бог пришел, чтобы испытать вас и чтобы страх Его был пред лицом вашим, дабы вы не грешили» (Исх. 20:20).
Это была третья фраза Иисуса Христа, которую Он сказал упавшему как мертвому к Его ногам Иоанну: «Не бойся».
4 – фраза
«Я есмь Первый и Последний» (Откр. 1:17ст. 3ч.).
Продолжая Свою речь, Христос вновь представляется: «Я есмь Первый и Последний», подчеркивая Свою Божественную природу.
5 – фраза
«И живой; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти» (Откр. 1:18).
В сравнении со всеми богами – выдуманными людьми и самозванцами – Иисус Христос имеет полный контраст. Он живой в отличие от богов каменных, деревянных и глиняных. Он был мертв ради искупления человечества. Но Он не остался мертвым, как боги – самозванцы. Он воскрес «и се, жив во веки веков». И это «Аминь». Это верно и истинно. И мало того, – Он «имеет ключи ада и смерти»; и все, уповающие на Него, будут также непременно воскрешены для продолжения жизни вечной.
6 – фраза
«Итак, напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего» (Откр. 1:19).
В этих словах Христа мы видим мысль:
«Иоанн, поскорей утешь борющуюся церковь. Всё, что ты видел – напиши».
А что Иоанн видел на тот момент, когда он лежал как мертвый у ног Христа и внимал ободряющей речи Спасителя?
Он созерцал Самого Христа. И вот эту обстановку и было дано повеление ему описать. И не только это, но и всё то, что еще будет показано в дальнейших видениях.
7 – фраза
«Тайна семи звезд, которые ты видел в деснице Моей и семи золотых светильников есть сия: семь звезд суть Ангелы семи церквей; а семь светильников, которые ты видел, суть семь церквей» (Откр. 1:20).
Предвидя, по всей видимости, недоумение Иоанна, озадаченного тем, что же означают эти звезды и таинственные светильники, Христос дает объяснение:
«Звезды – это Ангелы, руководители церквей, которых Я в свою очередь держу в Своей руке; а светильники, среди которых Я хожу и горение которых поправляю, это сами церкви, свет от которых “разливается” на окружающих людей».
Вы заметили: как Иисус постепенно вводит пророка, а через него и нас, в мир таинственности, в среду пророческих символов?
Разъясняя один из первых символов, Он дает понять, что и дальнейшим тайнам надлежит дать соответствующее, заложенное в них значение.
Нечто идентичное мы находим в пророчестве Даниила. В обоих пророчествах как-то одинаково постепенно усекречиваются пророческие видения; и чем дальше – тем трудней их понять.
Если взять первое видение, данное Навуходоносору об истукане (2 гл. Дан.), то, заметьте: о Вавилонском царе и о самом царстве дается ясное недвусмысленное толкование:
«Ты – это золотая голова» (Дан. 2:38).
Все просто и понятно. Но значения других частей истукана уже частично засекречены. И лишь сегодня, с позиции наших дней, зная историю мировых государств, не трудно догадаться, что означает серебро, медь и железо истукана.
О козле же из 8 гл. Дан., особенно о том злополучном небольшом роге, среди богословов разных школ имеются уже разномыслия; и на эту тему не одно столетие ведется горячая полемика.
Дальнейшие пророчества еще больше усложнены. Напр., 2300 вечеров и утр, 70 седмин, особенно их взаимосвязь, 11 – ая глава.
А если взять предпоследний стих Даниила:
«Блажен, кто ожидает и достигнет тысячи трехсот тридцати пяти дней» (Дан. 12:12).
Ну, никакой точки опоры. Нет ни начала отсчета периода, ни исторической обстановки, определяющей его конец, даже нет намека на причину для блаженства. Все закодировано.
Я не хочу сказать, что надо быть экзегетом – виртуозом, чтобы понять глубины пророчеств. Бог хочет, чтобы мы у Него испрашивали значение труднопонимаемых пророческих символов, и Он с удовольствием откроет их Своим рабам, что и произошло в большей степени после разочарования 1844 года, когда горсточка доверяющих Богу проводила дни и ночи в молитвенном духе, ища значения многих библейских пророчеств, до того времени им непонятных. И Бог им открывал. Как Он им открывал? Он побуждал их к исследованию всей Библии. И тщательно с молитвой изучая ее, перед их взором вырисовывались значения пророчеств, как книги Даниила, так и книги Откровение.
Когда мы будем рассматривать Откровение дальше, мы увидим, что не все пророчества будут так ясно расшифрованы, как в 1–й главе. И к их пониманию надо будет также подходить в молитвенном духе.
Итак, рассматривая семь эпизодов 1-й главы, в седьмом эпизоде мы обнаружили семь фраз Иисуса Христа, и мы их рассмотрели.
Вы помните, что четвертый, средний из семи эпизодов, мы пропустили с тем, чтобы рассмотреть его в самом конце?
К этому моменту мы подошли. Это самый волнующий эпизод: Момент созерцания таинственного, всего в символах, Иисуса Христа.
Итак:
ЧЕТВЕРТЫЙ ЭПИЗОД
(12 ст. 2ч. – 16 ст.)
(ключевой глагол «увидел»)
«И, обратившись, увидел семь золотых светильников
И, посреди семи светильников, подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир и по персям опоясанного золотым поясом:
Глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег; и очи Его – как пламень огненный;
И ноги Его подобны халколивану, как раскаленные в печи, и голос Его – как шум вод многих.
Он держал в деснице Своей семь звезд, и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч; и лицо Его – как солнце, сияющее в силе своей».
Что особенное мы можем увидеть в этом описании представленного в символе Иисуса Христа?
III СЕМЬ ЧАСТЕЙ ТЕЛА
Ни больше и ни меньше, а ровно семь частей тела упомянуты Иоанном в явившемся ему Христе:
1 Перси.
2 Волосы головы.
3 Очи.
4 Ноги.
5 Десница.
6 Уста.
7 Лицо.
IV СЕМЬ СЛАВЯНИЗМОВ
Что не менее интересно, то же самое мы обнаруживаем и в отношении славянизмов (слов, вошедших в русский язык из старославянского языка): ни больше и ни меньше, а семь слов – славянизмов мы обнаруживаем в этом пророчестве первой главы.
Дело в том, что когда готовился текст синодального перевода к изданию (в 1876 году он был издан), то эти славянизмы, хотя и исчезли уже почти из обихода в русском языке, здесь все же они были оставлены. Заменить их современными русскими словами переводчикам казалось чем-то кощунственным. Заметьте, даже сегодня как-то неловко было бы сказать, что Бог «пальцем написал Свой Закон на каменных плитах». Мы и сегодня скажем: «Перстом Бог написал на каменных скрижалях, и Моисей положил их не в ларец, а в ковчег».
Эти семь слов старославянского происхождения требуют некоторое объяснение или перевод на современный русский язык, потому что на сегодняшний день они ушли уже в архаизм.
Вот они эти семь слов и их значение на современном русском языке:
1 Перси – грудь (напр.: наперсник у первосвященника = нагрудник).
2 В’олна – шерсть (не волн’а, а в’олна – тонкорунная белая шерсть).
3 Очи – глаза (напр.: очки, окуляр).
4 Десница – правая рука (одесную – направо, по правую сторону; в то время как шуйца – левая рука, ошуюю – налево, по левую сторону).
5 Уста – рот, губы (напр.: устная речь).
6 Есмь – глагол-связка, который ныне полностью утратил своё употребление в русской грамматике.
7 Се – указательная частица, означающая: Вот.
Давайте на этом прервем первую часть той темы и продолжим ее во второй части.
Еще много очень интересного мы увидим в Том, Которого созерцал Иоанн в видении.
Пастор Александр Серков.