Поэзия Татьяны Дейны

01-09-2014, Комментариев нет Просмотров: 1 446

dejna0671Вогонь пожирає і землю, і душу,
Писати не можу, та все ж таки мушу.
Боляче так, що вже й не дихнути,
Бути землі моїй! Чуєте? Бути!
Любити цю землю – це не фашизм,
Вороже, це твердження, звідки ж цинізм
Взявся такий, що любить Батьківщину
Забороняється дочці та сину.
Кажуть країни такої не було.
Тільки життя своє вже віддаю
Через віки, що із роду до роду,
За Україну, за землю й свободу –
Тисячі тисяч. Їх ніхто не ізчислить
Тих, хто хотів тільки вільними жить!
Хто б не хотів цю країну забрати,
Землю нахабно святую топтати,
Хай зрозуміє собі назавжди,
Якщо не захочуть, то змусять піти!
Геть від кордонів, геть назавжди!
Цяя країна буде цвісти…
Не пропалити в ній дірку нікому,
Відіб’ємо всіх від отчого дому,
Захистимо свою землю святую,
Пісню Тарасову всюди я чую.
Будить вона навіть тих, хто ще спав,
Цілий народ вже пробуджений встав.
Буде життя, а не смерть і руїни,
Ми є сини і дочки України.
Кожен хай робить тепер те, що зможе,
Людяність, єдність, любов – переможе!
Господи Боже, зміцни, укріпи,
Те, що розпалося знову зліпи,
Своє ж захищаємо місто й село,
Щоби здолати юродливе зло.
Рейдери хочуть здійснити захват,
Волю свою нав’язати і лад,
Геть від землі української, геть!
Не зрозуміло? кажу вам: Не сметь
Прикасаться ни ложью, ни сапогом
Того, что не ваше. Не ваш это дом.
Мы сами поднимем его и отстроим,
И сами решим, чего мы тут стоим.
Тетяна Дейна

Что там за горизонтом, что?
Где я, увы, увы, совсем никто.
Как хочется давно уже туда,
Но занавес небес закрыт всегда,
Лишь избранным дано его открыть,
А многим суждено стеная просто жить.
Уставшие от жизни и мечты,
Быть может, в их числе и я и ты –
Бредём рождённые от матушки земли
Живём от неба каяся вдали.
А те, от солнца – небом рождены.
Им испытания и бури не страшны.
Стенает в мире этом всё наверняка.
От леса, трав, до малого цветка.
Я вижу это будто в утешенье,
Но к небесам опять моё моленье.
Ведь там, в груди зачем-то сердце бьётся.
Небесное тепло по телу всё же льётся.
Задумчиво склонился в ожиданьи лес.
О, что сулит нам занавес небес?!

* * *
Как истина и ложь переплелись,
Их всё пытается распутать мысль.
Они же, спутав и связав навек,
Тебя оставили вздыхать, о человек!
Кто за сплетением, мороча нас стоит?
И не даёт нам ни дышать, ни жить.
О, небеса! Не дайте ошибиться,
Чтобы навек нам истины лишиться.

* * *
Свет истины – одна любовь,
Хотя от гнева закипает кровь.
А неба свод всё льёт свои дожди,
Но и от них дано любви цвести.
Она чредой ночей и дней плывёт,
Она нам силы жить даёт.
Достойно. Без обмана и потерь –
Тепла души. Сегодня и теперь.
Рука Творца над всем лежит с любовью,
И мы давно уж выкуплены кровью
Его. От смерти, праха, ада.
В том только истина и правда.
И если мы в чреде ночей и дней
Вдруг возомнили то, что этот мир ничей,
Здесь пакостим, себя лишь ублажая,
Увы, ни правды, ни любви не зная –
Себя мы выше неба вознесли…
О, сколько нас заблудшихся ушли
Туда, где ад, где тьма расплата,
Где нет ни власти и ни злата.
И сколько тех, кому ещё блудить охота
Спешат, толпясь в открытые ворота
Пути широкого, как в призрачный мираж,
Но разве в этом весь удел и смысл наш?
Он только в том, чтоб обрести любовь,
Помочь другим любя, без лишних слов
В сём мире узкою тропой пройти,
Что бы себя для Вечности найти
И благодарным быть за всё всегда Творцу.
Поверьте, только это людям так к лицу.
Зачем нам здесь блуждая погибать,
Когда мы можем столько миру дать
Любви и света, и тепла
Без лишних слов, без гнева и без зла.

* * *
Уставшая и голодная я вернулась с субботнего богослужения. Муж уже ждал меня с накрытым столом.
— Я так сегодня задержалась, так задержалась, что умираю с голоду, а тебе уже вижу легче, если сам еду приготовил.
— Та да, температура спала, вот и решил потихоньку всё подогреть и поставить.
— А у меня сегодня радость – я перед служением на столике с литературой взяла Новый Завет с Псалтырём. Теперь у нас будет и на русском языке Слово Божие.
— А что же ты не взяла две. Я бы тут одной женщине подарил. Я рассказывал тебе про неё, помнишь? Её Ольгой зовут. Она уже подписалась на нашу газету «Вечное сокровище», а вот Библии у ней пока нет, а Новый завет с Псалтырём это уже что-то. Она бы обрадовалась.
— Я хотела взять две, но постеснялась. Думала, а вдруг кому-то нужнее, а насчёт Ольги, я не знала, что у неё нет Библии. Ты разбери там сумку, а то сил никаких нет. Я скорее помою руки – и за стол.
Муж вынул всё из сумки и ахнул.
— Как это понять? Ведь здесь два Новых Завета с Псалтырём. Может ты что-то напутала?
Я уже было села к столу, но тут подскочила и кинулась к сумке.
— Не может быть. Этого не может быть. Ведь там, на столике книжки всего было две. Я же пришла перед самым началом. Может, и были ещё, но их разобрали.
Муж довольно рассмеялся и сразу же положил книгу себе в сумку.
— Значит вот как нужна она Ольге, что Господь Сам положил эту книгу в твою сумку.

* * *
Подбежав и запыхавшись, спрашиваю у женщины, стоявшей на автобусной остановке.
— Не проехал ещё последний автобус на Купянск?
— Нет. Я сама его жду. Мне до Чивчиково.
На глазах у женщины замечаю слёзы.
— С вами что-то случилось? Может я чем-то смогу помочь?
Женщина начинает сильно плакать и рассказывать.
— Брат меня побил. И держит же Бог на земле таких уродов. Пьёт, с женой разошёлся. Так вот теперь на мою голову свалился, да ещё и руки распускает. Кучу лекарств назначили, а за что их купить? Ведь как подорожали, как подорожали. Прям геноцид какой-то на народ.
Я протягиваю ей 20 гривен.
— Вот, всё чем могу вам помочь. Но знаете, самое удивительное то, что Бог не только держит на земле вашего брата, но ещё и любит его.
— Как это любит?, — женщина перестаёт плакать, благодарит за деньги, и у нас начинается разговор о безусловной любви Бога к людям. Тут подъехал автобус, и мы благополучно усевшись продолжаем беседовать, но впереди сидевший юноша вдруг начинает возмущаться.
— Женщина, что вы её слушаете? Это же сектантша, скорее всего какая-то. Она вам мозги закомпостирует. Не вздумайте ей верить. Развелось вот таких бессовестных. Всем в душу лезут.
Я попыталась спокойно объяснить молодому человеку, что женщина сама у меня спросила, а я только хотела её успокоить. Но юноша на весь автобус продолжает:
— Успокоить, сама. Знаю я вас, лицемеров. Попробуйте только мне тут под ухом свои моления разводить – пожалеете.
Я совсем тихо на ухо говорю своей попутчице:
— Вот видите, как ведут себя не Божьи дети. Они даже слышать о Боге не хотят. Их вон как бесят эти разговоры.
Женщина испугано хлопает глазами:
— А я могу, я могу. Мне даже интересно. Так значит я – Божье дитя?
Я старалась как можно тише продолжить свой рассказ о том, что Бог всех нас создал детьми Божиими, чтобы дружить с нами, но некоторые люди стали враждовать с Богом. И вдруг замечаю, что женщина уснула. Я затихаю и решаю помолиться про себя и за неё, и за юношу, что хоть и ругался, но, как мне казалось, прислушивался к нашему разговору. Заканчиваю молиться и с сожалением смотрю на красивую голову молодого человека. Он вскоре поднимается и делает несколько шагов к выходу. Затем резко поворачивается и покраснев, как рак, опять на весь автобус заявляет:
— Вы простите меня, дурака, что я так на вас налетел. Простите и не обижайтесь. Это характер у меня дурной.
Он глупо улыбается и поспешно идёт на выход. Я, оторопев от неожиданности даже ничего не могла сказать и просто удивлёнными глазами провела его пока он не вышел, а затем влипла в окно, продолжая глядеть на этого странного юношу, и тут он поднял глаза и нашёл ими мои глаза. Он широко радостно улыбнулся и замахал мне рукой приветствуя и прощаясь одновременно.

Посвящается Ниночке
* * *
Здесь тишина над лесом залегла,
На облаках качаясь она себе спала.
И отпустивши дивные качели
Касалась верхушек еле-еле.
О, тишина, ты всё же не молчала,
А с лесом в унисон ворочаясь дышала.
Смогу ли тишину услышать я?
О, как прекрасны здешние края!
Здесь ветерок тихонечко, чуть-чуть,
Листвою шевеля вершит свой путь.
А где-то дятел надрываясь, бьёт,
Что б поддержать лесной круговорот
Сосна скрипит, приветствует меня,
Так низко-низко ветки наклоня.
Здесь летом пахнет и землёй,
А в небесах застыл торжественный покой.
Ни тишине, ни дятлу невдомёк.
О, это тайна – тайна бытия!
В ней тишина и музыка своя.
А этот лес лишь нота, лишь аккорд
Тот, что меняется звуча из года в год.
Как я и ты он часть этой земли,
Здесь затерявшийся для нас с тобой вдали.
И эту тишину как знать, как знать,
Нам не понять, как видно, не понять.
Мы сами здесь потеряны и небом, и землёй.
Настырно ищем тишину, и свой покой
А тайна бытия в тиши звучит,
Что б научить нас глупых, научить!
Но Боже мой нам так же невдомёк
О, как далёк Ты, Боже! Как далёк.
Молюсь я тихо, чтоб приблизится к Тебе,
За дивную возможность эту благодарна я судьбе.
И небо преклоняется спеша ко мне,
Спасибо Господи Тебе и тишине,
Что слышите меня сейчас и здесь!
За то, что к небу устремляется с молитвой лес,
Взлетает дятел, дерево скрипит,
Что тишина попрежнему над всем царит.

 

Закрыто солнце снежною пургою,
И сердце замирает не дыша в груди.
А между небом и потерянною мною –
Заметены дороги и пути.

О Господи! Пошли немного света,
Глаза мне проясни среди зимы.
Я между небом и землёю жду ответа,
А небеса замёрзли и немы.

Там солнце есть, я знаю, оно светит, –
Вот только здесь так холодно идти.
Зима узоры всё рисует, чертит,
А снег в глаза летя – слепит, слепит.

Снежинки падают, как будто ниоткуда,
Я в горсточке их бережно держу.
Какое всё-таки, о Боже, это чудо.
Спасибо, Господи, за то, что я живу!

И пусть я, падая в пурге зимой, теряюсь,
Но всё же, веруя всем сердцем и душой, –
Я здесь, живя, с Тобою поднимаюсь,
Справляюсь и с печалью, и с бедой!

***

Я не хочу Вас ничему учить,
Но без Бога страшно в этом мире жить.
С Ним Одним я в жизни побеждаю,
Без Него, блуждая, просто погибаю.
С вами делюсь я самым лучшим, что имею,
Но настаивать, я ни на чём конечно же не смею!
* * *

Любочка ромашкой летом расцвела,
Капелькой росинки утром ожила,
Травкой летней мягкой кудри занесло,
Засмотрелась в небо позабыв дела.

Все её сегодня балуют любя –
Ведь она родилась, ведь она она дитя!
За неё все тосты, для неё цветы.
Так цвети ж ромашкой, будь счастливой ты!
* * *

Годы, как крылья, даны нам Всевышним,
Через них лишь суждено понять,
Что в множестве дорог пройдя по жизни,
О, как пришлось нам душу разменять!

Дороги эти, проходя сквозь сердце,
Всё спрашивают, Кто ты, Да куда?
А реки, что в душе, всё мельче, мельче,
Пустеют всё у рек тех берега.

Девчонка, вспомнишь ты и я с тобою,
Про вербы, что росли у рек склонясь,
Мечты омытые водой живою,
Что так мечтались жизни не боясь.

У ног трава ласкаяся стелилась,
А небо ночь и день меняло — что на что.
О, как нам даже правда и не снилась,
Что жизнь так быстро, быстро потечёт.

И всё же и сегодня, и вчера,и завтра
Для нас лишь наступая жизнь дают.
Ещё не осень, даже и не жатва,
А летом солнышко, поверь, ясней, ясней!

Для нас, живущих, утро засмеётся,
Забыв о тех, кто жил давно в веках былых.
Пусть для тебя оно, ещё сто раз проснётся,
Гурьбою дней сияющих святых.

Сегодня, в день твой, смолкнет пусть тревога.
Особенный он, и тебя любя,
Я попрошу смиренно тихо Бога –
Пусть Он хранит и радует тебя.

Что пожелать ещё? — Здоровья,хлеба,
Любви и счастья,да восторженных в сей день речей?
А знаешь, я желаю тебе просто неба!
Оно безмерней, глубже и светлей.

Всего,что только пожелать ты можешь,
Там всё найдёшь,о чём душа болит,
Из радуги и света счастье своё сложишь,
Ведь небо для тебя всё-всё давно хранит.

Оно всё знает,всё в себя вмещает,
Оно одно так манит и зовёт!
Все мысли наши трепетно читает,
И нас любя,всё просто так даёт.
***

Світлістю духу,світлістю думки
Жити найвищая мудрість одна.
Наші дороги і наші стосунки –
Все хай проходить,а ця не мина.

Світла дорога, твоя і до тебе
Досі чекає, коли ти підеш.
Сам ти повернеш дорогу до себе,
Ти себе в цьому житті віднайдеш.

Встрічені люди, і небо, і зорі
Світлом Твоїм так радіють, горять.
Низько вклонися і Небу, і долі.
Що від життя можна більше бажать!
* * *

Те, кто в глазах других были ничто,
По жизни идя теряли не имея,
Блудницы, пьяницы, да мало ль ещё кто
Болея, мучаясь и глаз поднять не смея.

Пустыней жизни в жажде и беде
Иль, силы собственной подняться не имея,
Мечтая о живой с небес воде,
Мечту одну эту, в душе своей лелея,

Они искали Бога, силу Духа,
Молясь в глазах с отчаяньем порой,
И вырывалися из замкнутого круга
Одною только верою живой.

И эти, а не те, другие,
Нашли спасенье и душе покой,
Они, искавшие, теперь уже святые,
Искуплены немыслимой ценой.

Вода с небес их душу напоила,
Хватило вам, кто жаждал и хотел,
Лишь только в ней любовь Небес и сила,
Сын Божий вам даёт — бери и пей!

Проходит лето будто сон,
Как будто жизнь проходит.
Желтея наклонился клён,
Он хороводы водит

Из листьев умерших как будто,
Но так желающих взлететь,
Ведь снова день,ведь снова утро,
Чего же можно им хотеть!

И не желая ничего, лишь ветра
В том хороводе листья закружат.
Ведь осень даже лучше лета!
Взлетая высь они кричат.

И лишь потом, упав, к земле прижмутся,
Чтобы слова услышать от земли
О том, что травы по весне проснутся,
И что не зря они, живя, увяли.

****

Который день вагон столбы считает,
Стекло окна их смутно отражает.
Так холодно, и ложечка дрожит в стакане.
А за окном поля,холмы в тумане.

Всё те же лица,те же речи,
А до конца пути ещё о как далече.
И даже книга больше не спасает:
Всё утомляет, даже раздражает.

Подняв глаза гляжу в окно смиренно,
Туман и дождь скучают там наверно.

Терпенья больше нет, прошу его у Бога.
В груди, как ком растёт моя тревога.
Вгляжусь припорошившись я к туману,
Дождинкой на его ладони стану.

И может, так уйдут мои печали,
Но по окну дождинки всё стучали и стучали.
Уж вечер,скоро ночь собою всё укроет.
Чего моя печаль, о Боже, стоит?

Прости меня,что так слаба я духом,
Заглушен голос Твой давно колёсным стуком.
Вдруг пред закатом солнце подустало,
Неспешно поплелось среди столбов и стало,

Осенней радугой во всей красе предстало,
Как будто мига этого всю вечность ожидало.
О как оно всё жизнью одарило!
В поля, холмы вливалась его сила.

И мне тогда немножечко досталось.
Всегда я буду помнить эту малость.
Как жаль, я больше не взяла и не вместила,
А рядом ведь была такая красота, такая сила!

****

Спросил меня, смеясь, мужчина,
За что ты Бога любишь так?
– Ведь Он отдал нам, людям, сына!
А ты считаешь свой пятак.

Сегодня завтра и всегда.
Подумаешь, большой ли дар,
Христос Мессия – он звезда!
А как по-это пиар

Пришёл. Здесь УМЕР, ЗДЕСЬ ВОСКРЕС,
Звездой на небе воссиял –
Он хоть подумал про прогресс,
Здесь на земле, Он это знал?

Как нам,тут жить и умирать?
В болезнях,ранах и беде.
Людьми нам, видишь, надо стать.
Так просто! В этой-то нужде?

– А я за то Его люблю,
Что исцеленье дал калекам,
И Бога сущего молю,
Чтоб всё жё стать мне человеком.

Люблю за то,что Он познал
Болезни, раны и беду,
И жизнь в мучении отдал.
А я отдам Ему свою.

Глаголы жизни в Нём читаю,
Любовь и радость познаю,
То,что не знала, нынче знаю,
Я на пути Его стою.

Та жизнь,что в Нём, – неизмерима
Ни пятаком, ни серебром.
В Нём истина,и свет,и сила,
Спасенье, лёгкость – только в Нём!

Так хочется с людьми делиться
Тем что имею в сердце я.
Он дал мне всё! Что тут таиться?
Даю и я теперь, любя!

***

Когда-то я как будто бы жила,
И много-много что сказать хотела,
А за спиною было два крыла.
О, как же много я тогда могла и смела!

На проводах замёрзших снегири,
Всё замела зима давно снегами.
Застыли нескончаемые дни,
Пронзённые студёными ветрами.

Мне нечего сказать. Давно молчу!
О, Небо, что застыло надо мною,
Я ничего уж больше не хочу!
Как больно, холодно и пусто мне зимою.

Тебе, о, Небо, боль ту отдаю
Я молча. Говорить уже не смею.
Ты забери печаль и боль мою,
Я больше здесь удела не имею!

***

Время пусть лечит, а я подожду,
Может, забуду и эту беду.
Сколько их было больнее, чем эта,
Но затерялись во времени где-то.

Всё ведь проходит – считал Соломон –
Словно бы пар, или жизнь, или сон.
Всё, только малость одна остается,
Сердце больней и безрадостней бьётся.

Это не видно. Плачу по счетам
Времени, будто бы лучшим врагам.
Вот бы понять в ожиданьи больном,
Что там не так в этом сердце моём.

Я подожду, вспоминая про всё,
Время ведь это пока что моё?
Всё, что прошло, я как будто забыла,
Так я сама, но поспешно решила.

Время и сердце всё помнят всегда,
Как подтвержденье мне эта беда,
Но просветленья я всё же дождусь!
Господи, как я об этом молюсь!

***

Как эта боль мне не даёт вздохнуть,
Послабь, о, Боже, ты её чуть-чуть.

О, сердце, не оплакивай так горько ты потерь,
Стучась в давно закрытую для счастья эту дверь.

Всей жизни враг не дремлет никогда,
Не думалось, что горькою такою может быть беда.

И для чего Ты, Боже, сердце переполнил болью,
Неужто нет границ безудержному горю.

Но в жизни, факт, моей что-то не так,
Скажи, что делать мне. Подай хотя бы знак.

Ну, что же должна я, о, Боже, понять?
Ты говоришь: «Надо сердце менять…»

Моё Ты заменишь и дашь плотяное,
Это негодно, забывчиво, злое.

Что же тогда оно бьётся, стучит?
Камень есть камень, а это болит.

Но, поразмыслив, я всё же решусь,
Господи, Отче, с Тобой соглашусь.

А если мне будет гораздо больней?
Сердце сменить. Что быть может важней?

***

Зачем оплакивать вчерашние потери,
Стучась в желанные, но запертые двери.
Быть может, в Небо взгляд подняв, – как знать! –
Мы согласимся всё же с тем, чего не миновать.

Не обойти никак судьбой отмеренное нам,
Хотя теряя часто остаемся сам на сам,
Ведь никому здесь не дано решить,
Как нам с печалью и потерей нашей жить,

И быть счастливыми сейчас, теперь!
Ведь где-то есть всегда открытая нам дверь.
Научиться бы видеть её в час потерь,
Ведь манит нас другая желанная дверь.

Солнце есть! Ночь его не погасит вовек.
Что скорбим? Потерявший – Ничто-человек!

Праздник снова наполнит твой радостный день.
Отпусти ты от ночи печальную тень.
Зацветут под лугами весною цветы.
Не могу! Не умею! А сможешь ли ты?

***

Снимаю шляпу перед Вами
Средь толкотни и суеты,
Но Вы не знаете и сами,
Каков Ваш дух, какой есть Вы.

Познав себя, ты мир познаешь, –
Давным-давно сказал мудрец.
Что стоишь ты? Чего желаешь?
Где здесь начало и конец?

А мир вершит свой путь спокойно,
Забыв про нас давным-давно.
В нем всё возвышенно и стройно,
Понять его, нам не дано.

Да, мудрено жизнь завязала
Вчера, сегодня и сейчас –
Пока ответы я искала,
Жизнь всё расставила за нас.

Вчера, сегодня и сейчас
Снимаю шляпу перед Вами!
Ценя невидимое в Вас,
Чего не цените Вы сами!

***

Я напишу стихи совсем другие,
Те, что откроют, как страницу, новый день.
Огнем очищены мечты мои былые,
Растаяли они, как дым, как ночь, как тень.

Что наша жизнь? Ошибки и паденья.
Все временно в ней, шатко, а пока
Она во всём даёт одни сомненья,
И не щедра её, увы, рука.

У жизни ждать подачек не желаю,
Вершит она пусть круг свой, а пока
Я напишу стихи! Я это точно знаю,
Ведь по земле плывут, плывут ещё века!

Другая жизнь, что новыми полна будет стихами,
Быть очень даже может – зацветёт!
Она меня уже вечерними часами
Средь неба звезд, отчаявшись, всё ждёт!

***

Душа от этих дней изнемогает,
Они как будто взяты мною напрокат,
Жизнь, уходя, об этих днях совсем не знает,
Готовя настоящим дням уже закат.

Мысль льдом застыла, не скользя, не маясь,
Глаза устали эти дни уже считать,
Лишь ветерок, лица и рук касаясь,
Все силится меня от этих дней спасать,

Неся к другим, высоким, там, где солнце,
Где лед растаял, травы пропустив!
Там утро улыбается в оконце,
Там я опять смеюсь, от этих дней ожив!

Там, запрокинув голову, я с небом объясняюсь.
Оно познанье, смыслы все в себе таит.
За эти дни бесцельные я каюсь!
О, небо! По-другому дай мне жить!

***

Здесь человек, увы, тоскуя и печалясь,
Скучая, смысл найти пытаясь,
Пустыней смертной тени сам идёт.

Здесь жизнь, как сон или мечта,
Где тот не тот и та не та,
Но, человек, надеясь, ждёт. Идёт, идёт.

Здесь боль и страх, и нет воды,
И в ожидании беды
Она и он, забыв про сон, идут, идут.
«И всё же что-то здесь не так» –
Он говорит. Она ему: «Чудак!
Иди, давай-ка, поскорей,
Вокруг ведь тысяча путей.

Пройдя в пустыне все пути,
Здесь всё же счастья не найти,
А тень торопит нас идти.

Успеть бы хоть глоток испить
Живой воды. Так мало жить!»
Но нету здесь воды.
Лишь голос всё: «Иди, иди!» –

Зовёт, не дав вздохнуть, зачем-то.
Здесь перепутано всё кем-то!
О, Господи!
Далече ли ещё идти?!

И чудо! Тени вдруг не стало.
Крика души, как видно, небо ожидало,
Что воду пролило живую,
Без меры, светлую такую!

С ней всё в пустыне зацвело!
Людей к спасенью привело
То Слово, что всегда живое,
Едино, Вечно и Святое!

***

О, смертный! Логикой пустой своей
Не мерь, разгадывая тайны мирозданья.
Мир выше, чище, и, поверь, святей
От твоего ничтожного мечтанья.

Измерить то, в чём нету меры, глупо,
Что не дано продумать и понять.
Мы здесь потерянные ищем что-то слепо,
Разученные Богу доверять.

В страстях и похотях скорбим, в душе печалясь
О видимом, ничтожном и пустом.
От Бога ищем что-то, отдаляясь,
Запутавшись в желании своём.

Из-за деревьев леса мы не видим,
И солнца нет в душе уже давно,
Мы слабый крик о помощи не слышим,
Поправши то, что Богом нам дано.

Невидимое этим миром правит,
Оно есть Свет, и Путь, и Жизнь.
Его живое всё, дыша, ликуя, славит.
Что есть без Бога посланная мысль?

***

Когда пробьёт последний час, взывая,
Кто б ни был ты, о, смертный человек,
Но на коленях Бога призывая,
Зачем-то ты кончаешь этот век.

Твои слова последние: «О, Боже!
Прости, спаси, помилуй, не оставь!
Я жил безбожно, грязно и негоже,
Тебя из виду в жизни потеряв!

Теперь лишь, с глазу на глаз оставаясь,
С Тобой, о, Боже, тихо признаюсь:
Мир возлюбив, я жил, совсем не каясь.
О, как Тебя, о, Боже, я боюсь!»

А Бог, не жертвы, а любви желая,
Сам плачет, глядя нам в глаза тогда.
Спасти того, кто жил Бога не зная,
Не может Он. Такая вот беда!

***

О, Господи, начатки мы созданья?
Как непонятны эти нам слова.
Начало иль конец в нас мирозданья?
О, как болит душа! Она жива?

Тревогой переполнена извечной,
Так горестно вздыхает и щемит,
Не в силах быть пустою и беспечной,
Хоть этот мир так много ей сулит.

Одна душа живая. Та ли эта?
Зачем нужна она Тебе теперь?
Ей тесно здесь. Ей не хватает света.
Ты говоришь: «Живи и просто верь».
О, как доверчивости детской не хватает
Душе любой. А мир вершит свой путь,
И та ему зачем-то доверяет,
А он ей вторит: «Боль свою забудь».

***

Жизнь, как зеркало кривое,
Всех меняет на свой лад.
Сердце бьётся в ней больное,
Что и как здесь не понять.

Средь седин, зимы и мрака
Сердце бьёт, и бьёт в набат,
Так спасая человека,
Только я тому не рад.

Заглушить, смеясь, охота
Этот стук. Забыть о нём.
Затеряться в жизни где-то,
И не думать ни о чём.

Как охота, как охота
Мне не думать ни о чём.
Дом, семья, ещё работа,
На базаре – что по чём?

Как волнует, как волнует
Завтра, ныне и потом.
Только сердце где-то чует,
Помня также о былом.

Там утерянное что-то,
Без чего нельзя никак.
Жить не хочется чего-то.
Боже! Что я за чудак?

Божье имя, будто светом,
В сердце прояснило мрак,
Всё зажегши новым цветом,
Что понять не мог никак.

Средь зимы седой оставлю
Все кривые зеркала.
Небо я за сердце славлю!
Вот такие вот дела!

***

Зима сердилась и рвала метелью тучи.
Всё небо скрыла, заковав рукой могучей.
В лохмотьях белых вся земля лежала,
Но для зимы в сей день земли казалось мало.

Гордясь, сквозь тучи в небеса она смотрела.
«Достичь так многого, о, Небо, я успела!
Отныне ты в руке моей, такой могучей
Меня Ты властию Своей теперь не мучай!

Достигла я до высоты и до предела.
Что ты молчишь или совсем уж онемело?»
А с неба солнышка лучи ей отвечали:
«Ты на земле в краю греха, в краю печали».

Здесь небо вдруг огнём и громом разразилось:
«Как спорить ты со мной зима нелепая решилась?
Одно безумие в твоих речах я отмечаю,
Конец твой скоро уж придёт. Я это знаю!

Твой срок отмерен Мной давно Моей рукою,
Как отпустил тебя в сей край, так успокою.
Там смерть, отчаянье пока, но не навечно.
Я положу всему конец в свой срок, конечно».

***

Когда все уже поздно, а впрочем, как знать,
Когда нам и время свое не догнать.
Оно ничего уже больше не слышит,
А жизнь нашу будто бы летопись пишет.

– Куда же спешим мы сегодня и завтра?
И что мы пожнём? Там в конце уже жатва.
Конечно же, к счастью спешим ты и я,
И кто нас оспорит, и кто нам судья?

Что счастье, что пошлость, а что пустота? –
Решаем мы сами и наши лета.
Нам нужно спешить. Мы должны побеждать.
Нам некогда думать, нам некогда ждать.

Какую же цену готовы платить,
Сегодня и завтра, чтоб счастливо жить?
Любую, – спешим мы скорей отвечать.
– За счастье? Любую, ну что тут гадать?

– Любую? А пoтом, потерей, слезами?
– Не надо учить нас, решаем мы сами
За что, и кому заплатить, и когда,
И не подумав, кричим своё «да!»

– Согласны на всё, наперёд, что там ждать,
А на челе с «ниоткуда» печать
Вдруг появляется, в час свой, конечно.
– Что же решили мы всё так поспешно?

Жизнь коротка, и не надо спешить,
Что в ней и как, нелегко нам решить.
Можем достичь мы победы, но всё же
Есть в жизни Тот, кто нам в этом поможет.

Как у колодца когда-то помог –
Жизнь подарив самарянке. Он – Бог!
Истиной, смыслом Он жизнь наполняет,
Сам, умерев, нас, однако, спасает.

Счастье, богатство, успех – пустота,
Если без Бога – пустые лета.
Может, давайте, в Него мы поверим?
Путь свой Ему, будто дети, доверим.

Путь этот – жизнь, только Им нам дана.
– Жизнь?
– Ну, конечно. Она лишь одна.
После пути ожидается вечность,
Дорого может нам стоить беспечность.

***

Я не хочу Вас ничему учить,
Но без Бога страшно в этом мире жить.
С Ним одним я в жизни побеждаю,
Без него, блуждая, просто погибаю.
С Вами я делюся самым лучшим, что сама имею,
Но настаивать я ни на чём, конечно же, не смею!

Земля который век стенает,
И магмой рвет, пустыней жжет.
Неужто ад таким бывает? –

Чья здесь ошибка? Чей просчет?
Проходят люди эти круги ада,
Давно уж не надеясь, не любя.

Такого горя, смерти, чада
Нет, не найти, Вселенную пройдя.

Никто из небожителей вовек не встретит,
Все замерли, склонившись, в горле ком.

Кто за безумие людей ответит, –
Зачем идут они таким путем?!

Опять воюют, убивая,
Горят пожары здесь и там,
Друг друга ненавидят проклиная,
Остались люди видно эти сам на сам.

И вдруг застыли в изумленьи,
Создателя увидев средь людей,
И в замешательстве какое-то мгновенье
Никто не понимал его путей.

Зачем Он в это пекло Сам спустился?
Неужто там с любовью можно жить?
Он, человеком ставши, изменился,
Как сможет среди них Он Богом быть?

И удивлялись все, благоговея
Как можно быть одним из тех?
А Он служил им, всех жалея,
Собою заплатив за каждый грех.

Он спас их всех. Они Его убили,
Привыкнув в мире этом просто убивать,
И руки тщательно свои умыли.

Но, как же можно было небо променять?
На этот хаос, месиво из злобы,
Смиренно так Себя на крест отдать.

Неужто для того лишь, чтобы
Им дать Свою Отцовскую печать?
Чтоб научились на Земле любить,
И словно блудные сыны
Домой вернулись, чтобы жить,
И никогда не чувствовать вины,
Друзьями быть Ему навеки,
Свободный доступ к небесам
Чтобы имели эти человеки.

Неужто Он решился добровольно, Сам?
И тут тот, кто венец Творца, проснулся.
О, Господи, так это сон?
Он в истомленьи потянулся,
Гоня все эти бредни вон.

****

Когда понять бы мне Твои пути,
О, Господи! Вместить бы неба свет отныне.
Как хочется к Тебе, Отец, домой прийти,
И жить всегда в Тебе и Твоем Сыне.

Мне только Духом бы Твоим всегда дышать,
Чтоб сердце лишь тебя стуча искало,
Как хочется мне чадом Божьим стать,
Чтоб Слово от Тебя судьбу мою решало!

И чтобы здесь при жизни радость эта
Во мне бы воссияла, расцвела,
Как солнце средь бушующего лета,
Где я б из слов Твоих венок судьбы сплела!

Что свяжем тут, то с вечностью сживется,
То, что вместим, отдаст свои плоды,
На ближнего хочу Твоим дождем пролиться,
Ведь всё и вся взращаешь только Ты.

Очисти и заполни все Собою
То, что во мне еще бунтует и болит.
Так хочется очиститься и телом, и душою,
И знать, что вечно я смогу с Тобою быть.

Я чувствую себя причастной к Небу,
Я знаю, Ты во мне всегда живешь,
Хочу идти по Твоему лишь следу,
Ведь только Ты мне эту жизнь даешь.

***

Новий день заяснів і позвав
Світлом сонця від темряви ночі,
Він можливість іще одну дав,
Повернувши до сходу за плечі.

Чую шепіт прийдешнього дня,
Між потоками світла прозрівши,
І життя це нове я сама
Вибираю, старе полишивши.

День стирає подвійність душі,
Та роздвоюватись притомилась,
Проживаючи дні на межі
Від сьогодні назавжди змінилась.

Що заплуталося по життю,
В ніч тепер відійшло і сконало,
Сонце світло дає каяттю,
Серце дня цього довго чекало.

***

Cвятое, вечное попрали,
А душу просто разменяли
На пиджачки и мишуру,
В судьбе прорвав своей дыру.

Теперь там свищет, как сквозняк,
Одно не то, и все не так.
Таблетки больше не спасают,
Надежды, умирая, тают.

И смысла больше нет, увы, –
Хотя в душе еще живы
Какие-то из детства звуки,
И помнятся родные руки,
Что хлеб пекли, тебя держали,
Всегда надеялись и ждали,
Чтобы обнять тепло за плечи.

По вечерам святые речи
Про зло, добро, богатырей,
И не было тех встреч милей,
Когда приятно все и просто
До неба вдруг взлетали ростом.

И Слово Божие звучало,
Оно любовью так дышало,
Что все склонялися в молитве.
Сменялись годы в тихом ритме.

Но все, увы, давно ушло,
Давнишней былью поросло,
И подменилось как-то вдруг,
Сменившись зимами из вьюг.

Тоскую так по простоте,
Когда все то, и только те.
Их видеть я хочу любя,
Обид не помня, позабыв себя.

Для них хочу я жить с утра,
Отдавши все. Была иль не была!
Часы «тик-так» уж прозвенели,
А за окном опять метели.

Что ж утро новое встает,
И шансов больше не дает.
Смотрю в окно – начало дня,
А небо вновь зовет меня.

***

Счастье в каждом из нас, как нити,
Те, что тащим едва родившись.
Кто их дал нам? Мол, вот, тяните,
И, желательно, обозлившись.

Держим Землю упрямо сами,
Счастье разное ведь у нас,
Держим Землю свою веками,
Не смыкая безумных глаз.

Из двух зол выбираем зло
То, что меньше нас бьет по сердцу,
Но когда это зло нашло
В нашем сердце открытой дверцу?

И, вошедши туда, осталось,
Нить покрепче все вьет, и вьет.
Может быть, нам тогда казалось,
Что оно к небесам зовет?

Хоть само так с неправдой связалось,
Сон забрало, ночной покой,
Сердце с болью напрасно рвалось,
И вело с ним неравный бой.

А с утра, впрягшись в сбрую, тянем,
Тащим Землю долой от небес,
Без любви мы в любовь играем
Всякий час, ожидая чудес.

А Земля, заглядевшись ввысь,
Держит нас все века, жалея,
С ней повязана наша жизнь,
Хотя зло нам всегда милее.

Ведь желанье сердец не обманешь,
Нити страсти в сердцах и зубах,
Их, как лошадь гнедая, тянем,
И несемся на всех парах

В тьму и пекло, долой от света,
Топчем Землю, толкая прочь
Мимо утреннего рассвета,
Где уснула навеки ночь.

Счастье помня, однако, ждем,
Солнце выглянет, свет польется,
И вернемся мы в детский дом,
Где любовь просто так дается.

Словно это для Неба возможно
Игнорировать выбор людей,
Ведь хотят они жить безбожно,
Этот выбор спасенья сильней!

***

Случайных встреч на свете не бывает
Мы друг для друга свет или закат,
И если в сердце чуточку светает,
А на душе стремительный заряд

К добру, любви и пониманью,
Вам жить охота и мечтать,
То только этому желанью,
Конечно, можно доверять.

А если на душе тревожно,
Вдруг сомневаться начинаете во всем,
Тускнеет все. Жить сложно, невозможно,
И вы с заплаканным лицом.

Вам двинуть хочется любого,
Сказать язвительно словцо,
И, не сдержав порыва злого,
Совсем теряете лицо.

Такую встречу обойдите,
Она не дарит, верьте, жизнь.
Общаясь, вы любви ищите,
В ней только величайший смысл.

***

Отчего в мире все перепуталось,
Средь зимы раздается гроза,
Небо снегом весною укуталось,
Летом мается, плача, душа.

И цветы больше сердце не радуют,
А весна, словно ива, грустит,
Лепестки, как снежинки, все падают,
Сад замерзший весною стоит.

И, печалясь, проходят люди
Со слепою, кривою душой,
Друг для друга жестокие судьи,
Не нашедшие в жизни покой.

Одиночеством дышат окна,
В них застыла, грустя, луна,
А дождинок седые волокна
Перепутали все дома.

С меня путаницы довольно,
Затаиться бы, лечь на дно,
В перепутанном мире жить больно,
Но другого, увы, не дано.

***

Кто толкнул нас к разгулу власти,
Подменив все, что свято нам,
В мире этом мы только гости,
Выживаем здесь сам на сам.

А с экранов кричат имущие,
И стреляют в упор попсой,
Мы введемся на крики зовущие,
Расплатившись своей судьбой.

Дорожим бутиками из хлама,
Тьму клянем без единой свечи,
Кем написана эта драма?
И утеряны кем ключи?

Что открыли бы счастья дверцу,
Где приют, где не ждет беда,
Отдохнуть там хотелось сердцу,
И с любимыми быть всегда.

Сколько раз, обманувшись все же,
Сомневаясь всегда во всем,
Мы теряем, кто всех дороже,
Заплутавши, от Бога идем.

А когда уже сердце остыло,
И стучится в него зима,
Помолиться б, да нету силы,
Ведь в душе уж не те слова.

***

На Рождество метет метель,
А ели красит иней,
И лишь от снега ночь светлей,
А небо – купол синий.

Ведь нет звезды, чтобы вела
Ни к Богу, ни домой,
Дорогу тоже замела
Метель рукою злой.

А ветер бьется и свистит,
Сбивает с ног сердито,
Пурга поземкою бежит,
Хлопочет деловито.

И как ни смотришь, не видать
Окошка с огоньком.
О, небо! Долго ли мне ждать
Звезды в аду таком?

Так путник к небу говорил,
Не видя ночи края.
Метель же, сколько было сил,
Твердила завывая:
– Со мной останешься навек,

Что ищешь в небе знак?
Там только мгла и только снег,
Да будет только так!

Без огонька и без звезды
Ты холоден давно,
И в этом нет большой беды,
С тобою мы – одно.

Твой взгляд так часто холодил
И близких, и родных,
Ведь жить давно мне нету сил,
Ты часто говорил.

И в этот, вслушиваясь, вой
Ей путник отвечал:
– Все это так, но я не твой,

Любовь я повстречал.
И в сердце свет теперь, тепло,
Я небо лишь молю,
Чтоб к ней звездой меня вело,
Ей жизнь отдам свою.

И «Отче наш» вдруг полилась
Молитва со слезами,
И тут же звездочка зажглась.

Печальными глазами
За нею путник поспешил,
То неба был ответ.

И он с любимой счастлив был,
Храня любви завет.

***

Чтоб победить – сражаться надо,
Быть воином, а не рабом.
Но в рабство отдаемся радо.
Поделать что? Лишь раз живем.

Свое упустим, иль найдем?
А на кону – и жизнь, и совесть.
Свой куш, конечно, мы сорвем,
И это нам уже не в новость.

И все о’кей у нас в делах,
Торгуем сердцем, не волнуясь.
Печать давно уж на челах,
А мы играем в жизнь, беснуясь.

Вот только бы удача в ставке той
Всегда была. Ничуть не парясь,
На все согласны, ведь душой
Все оплатили, даже не смущаясь.

Но что-то скучно, грустно и уныло
Среди бесчисленных утех,
Ведь все, что в жизни нашей было –
Игра, где властвует лишь грех.

Война с грехом – для чудаков.
За честь воюют, лбы ломая,
А мы вздыхаем: Мир таков,
И далеко нам в нем до рая.

Себя хоть этим утешаем.
Крутые мы! Какой кураж!
Мы цену жизни просто знаем,
Она, как пар, как пыль – мираж.

А ставки ждут, что ж честь подменим,
Нам счастья хочется вдвойне,
И миражи, как будто тени,
Нас убивают на войне,

На той невидимой, незнанной,
Для нас ведь жизнь – одна игра,
А в этой жизни, Богом данной,
Поверьте, есть своя цена!

Лишь ставши воином Христовым,
Ту цену у Голгофского креста
Увидим зрением вдруг новым,
Понявши, как война та непроста!

***

Жизнь – театр, а мы в ней лишь актеры?
Я часто спрашивал себя.
К чему все эти все же споры,
Несет и пусть несет меня судьба.

Но жизнь прожить, не поле перейти –
Мне мама часто в детстве говорила.
А как играть, чтобы распятие снести,
Сказать про то скорей всего забыла.

Земля с судьбой зачем-то сговорилась,
Без времени несется. Это мой теперь удел,
Считать года, и, выживая, силясь
Гадать: успел на выход или не успел?

А сцена что-то быстро опустела,
И занавес закрыт. Судьба себе молчит.
Сквозь щелочку в просвет гляжу несмело,
Хочу я знать, кто в партере сидит.

Но свет в глаза белее, ярче снега,
Нет, все же нужно свою сцену отыграть,
Где жизнь моя от века и до века,
И научиться умирать, и воскресать.

***

Новый век свой приговор вершит,
Времена ускорили вдруг бег,
Но куда же путь его лежит,
И зачем век путает свой след?

Всех дурачит ветром и пургой,
Чтоб глаза засыпать дотемна,
Среди ночи он пришел зимой
Без пути, и не его вина,

Что зима сердца у всех покрыла льдом,
А глаза слезятся лишь от ветра.
Люди счастье оставляют на потом,
Возрождаясь всякий раз из пепла.

Из того, где капелька еще тепла,
Что спасти всю душу обещала,
Но зимой, озябши, все же не спасла,
Инеем укрывшись, просто углем стала.

И душа, обуглившись, молчит,
Небо о любви к себе не просит,
Новый век свой приговор вершит,
Вьюгой и пургой пути заносит.

***

А тьма была безвидна и пуста,
Но было Слово,
Что свет зажгло и зазвучало
Столь необычно, ново

Из всех начал еще одно начало
Земли, воды и неба, и креста.
И засветилось все кругом
В гармонии из света

Вселенная, родившися, зажглась,
Благодаря поэта,
И эра новой жизни началась
Разбужена стихом.

Кто создал это Светом, был Он Сам
Еще Любовью
Мирам всего Себя отдал,
Все оплативши кровью,
И всем для всех, Себя отдавши, стал,
Путь к небу указавши нам.

Вселенная склонилась над землей,
И затаилась,
Там – Человек, а на Голгофе крест,
И дверь открылась.

Все небожители приветствуют сей жест,
Пусть льется благодать святой рекой
На всех, кто примет и вместит,
И пожелает

Идти за Словом, и, глядя на крест,
Его узнает,
Кто против тьмы проявит свой протест,
И путь, и жизнь лишь Словом утвердит.

***

Нам часто жизнь выносит приговор,
Как будто с кем-то просто так на спор,
Глядя на нас, она давно скучает,
Так долго все же нас она прощает.

Не зная где, когда и с кем мы будем,
Не ценим счастья, посланного Богом,
Жалеем только вновь и вновь о многом,
Не в унисон мы с жизнью – вопреки

Мы пишем сами жизнь, как бы стихи
Строкой печали по лицу, в глаза,
И по щеке торопится слеза.

Вдруг в сердце строчка на лету сорвалась,
Иголочкою острой в нем осталась,
Теперь там бередит и рвется,
Невысказанною болью бьется.

Нас Бог зовет опять и снова,
Но в жизни нашей нет, не Он – основа.
Мы в толкотне торопимся куда-то,
Но жизнь не напрокат же взята,
Жизнь только наша и одна
Выносит приговор она.

***

Когда я в доме остаюсь одна,
А ночь неумолима и длинна,
И ветер еле слышно в дверь стучится,
Да вьюга за окном, вздыхая, злится.

Мне хочется уткнуться в одеяло,
Искать стихов, что бродят только тенью,
В руках бумаги лист, он чистый-чистый.

Бежит рядочек за рядочком быстрый,
И я за строками уже не успеваю,
А ночь прошла, ее я провожаю,
Я удивляюсь солнечным лучам,

Что вдруг влетают в дом то тут, то там,
Окно, замерзшее узором, тихо тает,
Оно одно сегодня мою тайну знает,
Как я с мечтою заодно была,
И рифмою струящейся жила.

Покоятся листы, исписанные спешно,
Они покрыли плед вполне успешно,
А я сама ту тайну, что зовет, –
Во мне мелодией и скрипкою поет,
Постичь не в силах. Поддаюсь ей,
Играю с ней я в множестве затей,
Окно оттаяло давно, однако,
А небо, замолчав, глядит двояко.

Оно и манит, и чего-то ждет,
Не завершив еще круговорот,
Вся тайна там. Теперь я понимаю,
Как ни хочу, я небо не вмещаю!

***

Мой путь длиною в жизнь,
Идти дано мне свыше,
На нем не гладь и тишь,
Покоем он не дышит.

Я все понять хочу,
Куда тот путь пристанет,
С землею я лечу,
Свободой небо манит.

На небе серебрится
Свет млечного пути,
Быть может, мне приснится
Как свет мне свой найти?

Легко так заблудиться,
Боюсь пропасть в пути,
Чем в холод мне укрыться,
Когда идут дожди?

Когда мне одиноко,
А в небе темнота,
Земля кружит без срока,
Зачем же мне лета?

Ищу ответ пока сама,
Не находя, теряюсь.

Кем жизнь моя дана?
Но зря опять стараюсь
Понять суть бытия,
Пути предначертанье,
Но в поиске том я,
Не обретаю знанье.

Земное притяженье
Потупило глаза,
Мной прожито мгновенье,
Его вернуть нельзя.

А небо к ночи тает,
В нем звезды, как цветы,
Оно, конечно, знает,
Зачем здесь я и ты?

И с притяженьем споря,
Гляжу все в небеса,
Не находя покоя,
Вдруг вижу там глаза.

И, встретившись с тем взглядом,
Вдруг понимаю суть,
И смысл цветущим садом
Мой освещает путь!

***

Когда бы с человека снять запреты,
Когда бы все дозволить без «нельзя!»,
На что б способны были я и ты,
В себе лишь разрушение неся.

Но, Господи, Ты нам не запрещал,
Ты дал нам выбор, только указав:
«Не все полезно». Сам души не чаешь,
Боясь за нас и Сына нам отдав, –
Ты нас зовешь, а мы Тебя не слышим,
Твой голос шумом мира заглуша,
И все еще живем, и все еще мы дышим,
Не ведая о том, что умерла душа.

Но, Боже, Ты воскрес, и мы воскреснем,
Дай только здесь услышать тишину,
В ней Ты звучишь такою новой песней,
И нас зовешь подняться в вышину
По лестнице. Ее ты сам нам сбросил,
И ангелов послал, чтоб нам служить,
Ты только нас тихонько просишь
Идти за сыном, в Нем лишь только жить.

Лишь с Ним одним воскреснут наши души,
За ним лишь истина и свет, что льет из тьмы,
Оковы зла Ты сам уже разрушил,
Но сомневаясь, снова медлим мы.

***

Теченья многих вод меня не достигают,
Когда молюсь, склонившись пред Тобой,
Мои печали, беды в свете тают,
Ты наполняешь вновь меня Собой.

Молитва уст опять соединяет
С Тобой, Единым, знающим меня,
Твой дух и кровь грехи мои смывают,
Меня ты спас, Собою заслонив.

От смерти вечной, мира тьмы, разгула,
От змия, что реку пустил за мной,
И от греха, следящего из дула,
Зовущего меня в смертельной бой.

Земля Твоя ту реку поглотила,
И смерти нет, я обрела покой.
В Тебе одном моя победа, сила,
Дорогой жизни я иду с Тобой.

Я этот день с молитвою встречаю,
Не жертвую, молясь, благодарю,
Меня одну Ты слушаешь, я знаю,
И ни про что сейчас не утаю.

Тебе я всю себя опять вверяю,
И этот день Тебе я отдаю,
Тебя люблю, Тебе я доверяю!
О милости я Господа молю.

***

Весна прийшла і забуяла,
Хоч на душі давно зима,
Я знову ту весну згадала,
Де я із мамою була.

Бузок там в небо задивився,
Стежинка з дому йде в поля,
Озиминою пагорб вкрився,
А мама зве мене здаля.

Вона чекала довгу зиму,
Сама, як біла та зима,
І поки я стежинкою йтиму,
Спішить назустріч вже сама.

У вічі дивиться так пильно,
На босоніж якесь взуття,
А як люблю її я сильно,
Збагнула лиш в кінці життя.

Колодязь журавлем і хату,
Стрічали разом ми тоді,
Та ту бузкову чорну дату,
Ніяк я не прощу собі.

І в цю весну, що квітне знову,
Я можу все за те віддать,
Щоб всі стежинки, що додому,
Не перестали нас чекать.

Та двір пустий, де лише тапці,
Забуті мамою на межі,
Живі прокинувшись ще вранці,
Нема покою лиш душі.

***

Нет лучше ничего, чем помогать,
Тому нас долго жизнь учила,
Закон у неба познавать и отдавать,
Лишь в этом только смысл и сила.

Но в небо смотрим иногда,
Когда по спинам дождь и вьюга,
Да вот еще, когда беда
У нас, конечно, не у друга.

Ну а о ближнем, что сказать,
Болеет пусть себе, вздыхает,
Он может только нам мешать,
Да, он скорее нам мешает,
Чтоб достигать и получать,
Чтобы успеть туда, где финиш,
Ведь хочется всех лучше стать,
Всегда заботясь о себе лишь.

И мы бежим, и нету края,
Награды нет и лишь тупик,
В пустой погоне пропадая,
Теряем с виду Божий лик.

И в этом лабиринте заблудясь,
Где нету дня и нету света,
Мы ждем победу, тихо злясь,
Давно потерянные где-то.

Когда ж души коснется боль,
А сердце плача вдруг забьется,
Тогда вдруг вспомним: есть любовь,
Та, что от неба просто льется.

Ее мы жаждем, и моля
О сердце рядом, чтобы билось,
И чтобы светлая заря,
В том лабиринте засветилась.
Тогда готовы помогать,
И послужить, не отвернувшись,
Тогда готовы отдавать,
Как будто бы от сна проснувшись.

***

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Звучат слова будто ручей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Господь, Ты, как всегда меня правей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
От этих слов на жизненном пути светлей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Тобою от проблем даются тысячи ключей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Слова Твои стают все более и более милей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Как откровение без множества речей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Вновь утверждаешь Ты, и делаешь меня сильней.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
И небеса во мне сияют ярче всех лучей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Звучит во мне любой весны живей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
Во тьме слова горят, как тысяча свечей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
С словами этими ступаю я смелей.

«Довольно для тебя благодати Моей» –
И нету слов дороже и святей!

***

Беспробудная ночь, словно вор, затаилась,
Жизнь уходит, и будто приснилась,
Ветер тени погнал по домам,
Ветер плачет сегодня и сам.

Снегом грусть вот опять навалилась,
И печаль одеялом укрылась.
А душа, провалившись во тьме,
Лишь мечтает сегодня о сне.

Было все. Будет снова опять.
Я твержу, только некогда ждать.

Жизнь с улыбкой печальной прошла,
Счастье в ней я свое не нашла,
И, как ночь, что темна, нелюдима,
Может просто прошла она мимо.

В ожиданьеи любви и тепла
Мы сгораем до срока, дотла!
И я больше уже не могу
Выносить этот снег и пургу.

Что же можно мне тут изменить?
Но как хочется, хочется жить!
И, забывшись под утро во сне,
Улыбнусь я пришедшей весне.

Но свои в бесконечность шаги,
Пусть неловки, как эти стихи,
Все же здесь, на земле, я прошла,
Хоть себя до конца не нашла.

Играют мальчики,
Играют девочки
И тычут пальчики,
Следя за стрелочкой,

Все их внимание на монитор.
И в их сознании
Лишь мышь да стол.

Компьютер светится,
Мелькают игры,
Там люди мечутся,
Как будто тигры.

Где добрый, злой-
То дело третье,
Рекою кровь
Лить не в запрете.

Рябит в глазах,
Мчит мальчик увалень
На всех парах
На высший уровень.

Там крови больше
И кровь алей,
И битва дольше-
Бей, не жалей!

И в этом омуте
Земля кружит
В смертельном хомуте
И ей не жить.

Ах, люди славные,
О, если б знали,
Что битву главную
Вы проиграли.

……………………………….

Земля прощается с теплом,
И небо опускается, вздыхая,
Касаяся Божественным челом
Лугов, полей от края и до края,
А осень уж верхушки золотой
Лесов, покорных ласковой руке,
И стая птиц, курлыкая, летит,
Печально отражаяся в реке.

Проходит все, и все приходит снова,
Конец началом станет, как всегда.

Нет, ничего здесь на земле не ново,
За голом год летят себе года,
И люди не меняются как будто-
Все те же дети, те же старики.

Но в бренной жизни нашей почему-то
Никто не возвратит свои деньки.
Они коротки так и быстротечны,

И в этом некого, увы, винить.
Да, мы уходим, мы не вечны.
Но надобно понять: зачем нам жить?

……………………………….

Ветер из юности
Ветер дружочек,
Хоть на часочек
Горсточку радости,
Капельку свежести,
Чуточку нежности
Легко легонечко
К сердцу прильни,
Вдаль помани,
Юность верни

……………………………….

Из дня на нас пролился свет.
Ты вновь решаешь: да иль нет?
Идти дорогой так, как шел,
Тянуть упряжку, будто вол?
Но благо, есть у всех дорог
Крутой, но се же поворот.

И запоет струной душа,
Пусть даже вовсе без гроша.
И у вола под толстой шкурой
Душа взметнется светлой верой
И как-то заболит, заноет
Сама как будто что-то стоит,
И, словно скрипка, сердце вторит,
О развороте тихо молит
И потрясет вдруг простота,
Что у Небесного моста
Ступить захочется туда,
Но шкура бычья, вот беда,
Увидеть небо не дает!

К упряжке вновь тебя ведет.
Трудней всего ту шкуру сбросить,
Но если уж душа попросит
И если вдруг так заболит-
Вола не спросит, а велит!

Хоть протекло так много лет,
Сказать заветное то: «Нет»
Ах, как короток этот век!

И вспомнишь вдруг. Ты — человек
По жилам — человечья кровь.
Тот мост тебя поманит вновь,
То небо видишь ты и вот-
Свершил ты в жизни разворот!

……………………………….

Вода текла, касаясь рук, лаская,
Так мягко нежность отдавая,
Душе, что жаждою томима,
Что без любви одна, гонима.

И обретала та покой,
И жалость разливалася рекой
О том, что не сбылось и не случилось,
Сколь много быть могло — не получилось.
Но здесь сейчас уже не важно-
У всех людей бывает разно.

Тревоги и печали смыла здесь вода,
И где-то позади уже беда.
Согревши и отдавшись, все бежит.
И хочется одно теперь лишь только- жить!

Нельзя сказать, что ты необходима.
Ты жизнь сама. Хотя почти незрима.
Вода, податлива, слаба, но в ней такая сила!
Как многому меня ты научила!

Любовью, нежностью наполнила сполна.
Я не одна теперь, я не одна!
Зовет меня быть снова и опять,
И может быть, как знать, как знать,
Я за тобою песней полечу,
Теперь водой я горести лечу.

Ты ласковей, нежней, чем мать.
Меня ты научила отдавать.

Аквасвiт — доставка натуральной питьевой воды в Киеве. Заказать воду Аквасвiт быстро и легко!

……………………………….

Люди запутались, люди не верят,
Звезды опали и больше не светят,
Люди мучительно дни проживают,
Зимами жизни проходят и тают.

Весны оживающей больше не стало,
И осень теряет свое покрывало,
И, кажется, вьюга кружить не устанет,
И лето все жарче и жарче нас палит.

А человек уж не кричит Днепру:
«Я стеной тебя запру»
Он растерян, он пригнулся и притих,
Проживая как-нибудь свой жизни миг.

Всем кажется, земля, стерпевши все, молчит,
Израненной, пустой у наших ног лежит,
Пустыней все же наступает и людей теснит,
И родником живым в ладони не спешит.

И пусть зовут из храма, льются звоны,
Но люди ведь придумали свои законы.
От них земля пустая и душа,
И человек к концу спешит, греша.

……………………………….

«Спускайся с неба, будем просто жить»-
Кричали мне и крылья мне ломали,
Но что там «Быть или не быть»?
Слова легендою давно те стали.

Мы люди ведь простые, понимаешь?
И нам не много в жизни этой надо.
Летая там, ты птицею не станешь,
Давай, скорей пополни наше стадо.

Бессмысленною высью небо пусть кричит,
А ты свое, девчоночка, пропела.
Нас жизнь вперед, не спрашивая, мчит,
И нет до неба нам, поверьте, дела.

Слова я все труднее нахожу,
Но в этой неземной тиши
О помощи то небо попрошу.
А мне кричат: «Не медли и реши»!

Нас завтра снова спустят за пятак.
И что свобода даст мне в небе том?
Вот только там со мною не один чудак,
И, может, с моря мы погоду только ждем?

И все же не согласна, дни свои меняя,
За этот заломившийся пятак
Сменить то небо с края и до края.

Я буду там, поверьте, и за так.
И небо мне поведает секреты,
Свободу даст, погоду и любовь.

И я пишу опять свои куплеты,
И мне достаточно, поверьте, слов.

Рубрика: Искусство, Образ жизни


RSS канал Следите за поступлением новых комментариев к этой статье через RSS канал

Оставьте свой комментарий к статье:

Для форматирования своего комментария (жирный, курсив, цитировать) - выделите текст в окне курсором и нажмите одну из кнопок форматирования. Более подробно об этом читайте на странице "Помощь".
Если Вы желаете исправить свой комментарий или удалить его - напишите нам в редакцию.
Запрещается размещать комментарии через прокси-сервера, с целью скрыть свои данные.
Запрещается размещать комментарии с использованием множественных фиктивных имен с целью создать видимость участия в обсуждении группы людей. Постоянные псевдонимы допускаются.
Запрещается размещать в комментариях URL ссылки на статьи, размещенные на сайтах враждебных к Церкви АСД или призывающих к расколу, независимо от изложенного там материала.
Если, по Вашему мнению, какой-то комментарий является оскорбительным или унижающим Вас или Ваши религиозные верования, или является таковым в отношении других читателей - напишите нам в редакцию. Мы рассмотрим этот вопрос, и если нужно, примем меры.
© Интернет-газета "ПУТЬ", 2006-2016
При использовании материалов указывайте эл.ссылку на цитируемую статью, в бумажной публикации – короткую ссылку на наш ресурс. Все права на тексты принадлежат их авторам. Дизайн сайта: YOOtheme GmbH. Техническая поддержка сайта: info@asd.in.ua

Христианский телефон доверия: 0-800-30-20-20 (бесплатно по Украине), 8-800-100-18-44 (бесплатно по России)
или с мобильного: Life (093) 50-157-80, МТС (066) 707-000-5, Киевстар (098) 707-000-5.